На неодобрение коллеги Ваде было, честно, посрать. Он мучался тягостным текильным похмельем, потел, хотел борща и ненавидел состояние мутной тяжести – и по работе, и свое персональное.
Антон сделал сосредоточенное лицо и тыркнул в клавиши ноутбука – типа, я работаю, не до причитаний сейчас.
Коллегу пантомима не впечатлила.
Вадя вдруг оглушительно хлопнул в ладоши (Антон от неожиданности дернулся – и сразу же себя за это отругал) и выпрямился. На его лице появилось выражение мрачной решительности.
– Пошли пожрем, Антониони. Заебал тут это…
Он неопределенным жестом показал, чем Антон занимается в середине рабочего дня.
– Не, не готов. Мне закончить надо, а то на тренировку опоздаю. И настроения, знаешь, нет. Непонятно как-то всё…
– Что ты за человек, а? – Вадя сделал гипертрофированно удивленное лицо. – Что конкретно тебе непонятно? Бибигона прищемили, он мотается, разруливает, в конторе никто нихуя не делает. Разрулит – снова всё будет заебись. Не разрулит – ну, на крайняк на госканал пойдем. Вот ты, лично ты, как можешь сейчас на что-то повлиять?
Вопрос был не риторическим: Вадя навис над столом, дыша в лицо жарким перегаром.
Антон хотел как-то изобретательно огрызнуться, но вдруг сообразил, что коллега абсолютно прав.
Мыкнул в том смысле, что нет, не может он ни на что повлиять.
– Вот и не заебывай, – торжественно сказал Вадя и снова хлопнул в ладоши. – В «Шинок» поехали, борща с салом наебнем щас… Ну, то есть, я наебну, а ты там, не знаю, газон свой поклюешь, как обычно. Давай-давай, резко. Одному бодунировать скучно.
– А Богатов? – вяло спросил уже почти смирившийся с неизбежным Антон.
– Хуятов, – в рифму ответил Вадя.
Без помощи стимулирующих препаратов, на которые теперь не хватало денег, Богатов стал нелюдим. Он сидел дома, участвовал в планерках с выключенной камерой и игнорировал все предложения Вади сходить накатить.
– Блин, щас, погоди, надо на письмо быстро ответить.
Вставший уже было из-за стола Антон рыпнулся обратно к ноутбуку (там действительно висело кое-что срочное от авторской группы), но не тут-то было – Вадя уже мощно нацелился на борщ. Он молча сгреб коллегу в потную охапку и поволок к выходу, на разные лады повторяя слово «заебал».
Несмотря на вялые протесты Антона, ехали на Вадиной «бэхе» под оглушительный кальян-рэп – песня, терзавшая слух и чувство прекрасного, длилась, кажется, минут сорок и состояла из бесконечно повторяемого гнусавым голосом припева «кайфы-кайфы-кайфуем».
– А ты это, Антонио, я всё забываю спросить, – тараторил оживившийся Вадя, – почему не веган? У тебя ж весь набор припиздей: ты и не бухаешь, и не куришь, и кофе не пьешь, весь на зоже. Только веганства не хватает для полного букета.
Воспользовавшись случаем, Антон выкрутил громкость «кайфы-кайфуем» до минимума.
– В мясе содержится очень много аминокислот и других веществ, без которых невозможно нормальное функционирование организма. Ну, то есть, в курице и рыбе – содержится, а в красном мясе – ничего такого нет, только холестерин и прочая дрянь. Поэтому стопроцентное веганство – это хипстерская тупость. Ничего полезного в этом нет.
– Че ты пиздишь, – Вадя несколько раз шлепнул по клаксону, подгоняя дуру на «Цивике» со светофора. – Дохера спортсменов веганы, в боксе, в ММА. И ничего, валят как здрасьте. Вон Поветкин дрался с кабаном каким-то – так он веган, прикинь? В смысле, не Поветкин, а тот второй.
– Да у них же врачи там, диетологи… Витаминами добивают, жирорасщепляющими. Химия, так или иначе. А я химию не употре…
– Ну и долбоеб, – весело перебил Вадя, втыкаясь в чудом освободившееся парковочное место на набережной.
Пока Антон ковырял салат, Вадя шумно и артистично ел борщ – закатывал глаза, ухал, довольно мычал и даже не пытался вытереть бегущие по бороде свекольные потеки. «Как кровища», – вдруг подумал Антон и бросил вилку.
– Блять, кайф, – Вадя откинулся на спинку стула, зажмурился и рыгнул. – Надо это, рюмашку теперь.
– Ты же за рулем!
– Ой, на борщец нормально, не ной. Даже мусорская продувалка не почует.
– Я назад на такси.
– Да не ссы, Маша, я Дуб…
Договорить он не успел – зачирикал телефон. Пока Вадя, шипя и ругаясь, выковыривал айфон из переднего кармана джинсов, Антон потянулся к своему карману – но нащупал пустоту. Блин, в офисе забыл, когда этот придурок потащил его обедать…
– Да, Арсен Владимирович, – Вадя встретился взглядом с Антоном и сделал страшные глаза – звонил Бебегян. – Отскочил на бизнес-ланч, скоро… А?.. Ой. Да. Да, он рядом. Сейчас дам.
Антон ощутил мерзотную холодную пустоту где-то под сердцем – Бебегян и в лучшие-то времена никогда не звонил ему с хорошими новостями, а с учетом нынешней ситуации…
От телефона пасло борщом и чесноком.
Рев Бебегяна было слышно задолго до того, как Антон приложил трубку к уху.
