Всё было, на первый взгляд, в порядке.
В список звонков заглядывать побоялся – там прятались цифры, которые… Которые были виноваты в этом безумии.
Дрожащими пальцами набрал единственный номер, который помнил наизусть, – Вадин. Тот у него был выпендрежный, состоящий из одних единиц и семерок.
Слушал гудки, не зная еще, что скажет. Пусть звонит Бибигону, в полицию, своим друзьям-чеченцам (соответствующими связями нетрезвый Вадя любил хвастаться); пусть любым способом выковыривает его из лап этих… этих…
Незнакомый, но уже хорошо знакомый женский голос из трубки сказал:
– Да, Антон Владимирович? Вам адрес напомнить?
Бросил телефон под ноги, стал топтать его подошвами своих «Red Wings». Раздавить никак не получалось: пол микроавтобуса был покрыт толстым ворсом. Телефон выскальзывал из-под каблука, никак не хотел превращаться в горстку стекла и металла. Антон, злобно шипя, поднял трубку, вытер ее об обивку сиденья и сунул в карман джинсов.
«Mercedes» замедлил ход и остановился.
Щелкнул замок. Поползла вправо широкая дверь.
Антон несмело высунулся.
Ничего страшного и даже необычного вокруг не происходило: минивэн стоял у главного подъезда башни «Инновация». Сновали обычные для этого места люди: часть похожа на бандитов, часть – на молодых прогрессивных чиновников (Антон знал, что эти роли часто распределяются противоположным образом). Автоматчиков видно не было.
Аккуратно вылез – и тут же себя одернул: ну кто и что с ним сделает среди бела дня в Москва-Сити?! Вся ситуация, конечно, по-прежнему выглядела нехорошо, но у нее сто процентов есть рациональное объяснение. Антон вспомнил, что с недавних пор в Москва-Сити переселили Минкомсвязи, – ну точно! Отсюда и чехарда на канале, отсюда и паника Бибигона!
Он расправил плечи, шагнул навстречу уже знакомому хмурому мужчине и вопросительно склонил голову – в том смысле, что давайте уже закончим с этим затянувшимся бестолковым приключением.
– Пройдемте, Антон Владимирович.
Хмурый зашагал в сторону стеклянных дверей, а у Антона снова заныло в груди: какое-то нехорошее это «пройдемте», ментовское. Может, сюда и какой-нибудь следственный отдел тоже переехал?.. Ничего, достойного внимания следственных отделов, Антон за собой не знал, но, будучи реалистом, понимал: надо будет, так найдут. Или придумают – фантазии у них там было побольше, чем у авторского коллектива сериала «Мусора».
В дверях оглянулся, посмотрел на пасмурную Москву – уже начинало темнеть. Ждал, не начнется ли снова свистопляска с билбордами и прохожими; успел дать себе слово – если начнется, то он развернется и рванет отсюда. Бегом, куда глаза глядят, в переход, в метро, к трем вокзалам, оттуда на первую попавшуюся электричку, а там…
– Опаздывать нельзя, – вдруг как-то совсем по-человечески сказал хмурый; посмотрел долго, с новым выражением, чуть ли не с жалостью.
Антон, так и не дождавшись никаких спецэффектов, шагнул в фойе.
Сопровождающий уверенно пересек шумное лобби и двинулся в направлении лифтов.
– А это, – неожиданно для себя сказал выдрессированный десятилетиями офисной работы Антон, – пропуск же, наверное, надо? Я паспорт не взял, он в офисе остался…
Хмурый не услышал – или сделал вид, что не услышал.
Антон двинулся было к турникетам, но притормозил – его спутник вильнул в сторону, открыл неприметную дверь подсобного вида, придержал ее и сделал приглашающее движение глазами.
– А если я не пойду?! – вдруг окрысился Антон.
Тут же, без паузы, в кармане зазвонил телефон. Залился громкими электронными трелями – хотя всегда, без исключений, стоял на вибрации.
Антону не нужно было даже смотреть на изгаженный подошвами собственных ботинок экран, чтобы понять, кто звонит.
Быстро, как воробей, оглянулся по сторонам – может, кто-то обратит внимание, придет на помощь? Охрана, в конце концов, для чего тут сидит…
Одернул себя: охрана башни «Инновация» явно пропускала мимо глаз и ушей и не такое. Сдулся, шагнул в подсобку за сопровождающим.
Телефон сразу заткнулся.
Антон ожидал от подсобки чего угодно, в диапазоне от удара в висок до запасного выхода на улицу, – не ожидал только того, что увидел, переступив порог.
Неприметная дверь скрывала еще одно лобби – небольшое, но намного более роскошное, чем общее. Люминесцентные колонны, турникет перед единственным лифтом, зеркала от пола до потолка, пара кресел. В них Антон узнал безумно дорогие и крайне редкие изделия бренда «Jean Gillon Jangada» – для обладания этими модернистскими шедеврами нужно было не только дурное количество денег, но и определенный кругозор, а также посредник, прошаренный в европейских аукционах.
Это Антона окончательно успокоило. Уж что-что, а «JGJ» ни прокурорские, ни бандиты в свой офис не поставили бы – неспособны на такое. Мозги не так устроены.
Хмурый сопровождающий тюкнул турникет, набрал там быструю комбинацию кнопок (ну понятно – поэтому и пропуск не нужен был) и отступил, пропуская Антона.
Двери лифта разъехались с характерным мелодичным звоночком.
Антон вошел и на автомате отступил поглубже, давая спутнику побольше места.
