– Дело рук твоей матери?
Девушка кивнула, опустилась на колени и принялась раскладывать на полу все необходимое для разведения хны: пластиковый конус и похожую по консистенции на жидкий йогурт зеленую пасту, которая в вечернем свете выглядела черной.
Делакша села на корточки рядом.
– Милая, я не могу это принять.
– Пожалуйста, оставь себе, – попросила Аяана, достала инструменты для нанесения и велела, сама удивляясь тому, как уверенно звучит ее голос: – Сядь. – Делакша подчинилась и устроилась напротив девушки. Та медленно выдохнула, собираясь с мыслями, так как впервые собиралась провести процедуру одна, в отсутствии матери. – Я начну с ног. – Аяана постучала по правой лодыжке женщины, помогла ей снять черные туфли на каблуках и поставила выбранную ступню себе на бедро. – Нарисую виноградную лозу. – Из носика пластикового конуса потянулась тонкая линия хны. – А теперь лепестки жасмина. Но сначала омою ноги. Маминым составом.
На некоторое время воцарилась тишина. В воздухе витал аромат диких роз, смешанный с корабельными запахами дизельного топлива и машинного масла.
Почти через два часа пришел Ниорег. Хлопала белая свободная рубаха, остальное почти сливалось с темнотой ночи. Несколько мгновений слышались только вой ветра и шум волн. В небе плыла убывающая луна. Затем мужчина неловко откашлялся и сказал:
– Мисс. Я позволил себя спровоцировать и за это прошу прощения.
Молчание женщин – настоящее искусство делать вид, словно они ничего не видели и не слышали. Аяана продолжала наносить завитушки на основную лозу, которая вилась по ноге Делакши, подобно танцу дервиша – завораживая и прихотливо сплетаясь. В этом отдаленном уголке грузового корабля центром вращения стали руки девушки, океан и ветер.
Ниорег ждал, склонив голову.
Делакша улыбнулась.
Аяана заметила это, удивилась про себя и наклонилась, чтобы подуть на завершенный узор, прошептав:
– Не двигайся. Дай рисунку высохнуть.
– О, дорогая, вот это да, – отозвалась Делакша, и в ее словах отчетливо слышалось: «Спасибо».
Аяана принялась собирать инструменты.
– Я очень сожалею о произошедшем, – снова попытался Ниорег.
– В самом деле? А вот я – ни капельки, – заявила Делакша.
Белая ткань трепетала на фоне моря. Ветер бросал в них холодные брызги.
– Садовая овсянка, – пророкотал тихий голос великана. – Или ортолан.
– Отто… что? – переспросила Делакша.
– Птица, – пояснил Ниорег. – Садовая овсянка. – И после паузы добавил: – Наверное, напоролась на чью-то сеть. – Напряженная поза выдавала подавленную ярость. – Заблудилась. Но нашла нас. – Еще одна пауза. Прохладный ветер обдувал трех собеседников. В небе промелькнуло ночное существо, но тут же исчезло из вида. Делакша медленно встала, потрясла затекшими ногами, затем сомкнула руки в замок и выпрямила их над головой ладонями вверх. – Через несколько дней нас настигнет шторм, – произнес Ниорег, наблюдая за тусклым светом луны, лишь бы не смотреть на босые ноги женщины.
– Откуда ты знаешь? – поинтересовалась она.
– Ветер гонит волны.
– Значит, – протянула Делакша и усмехнулась, – теперь вооруженных наемников пускают на борт грузового судна? – Заметив испепеляющий взгляд великана, она заморгала. – Что? Истина позволяет мне позабыть обо всем на свете… Кроме той птички. Отто-как-там-ее.
Аяана, которая бочком двигалась к выходу, запнулась и остановилась. Она не могла не отметить накаленную, наэлектризованную атмосферу между Ниорегом и Делакшей.
Напряжение нарастало.
– Я работаю в охранной компании, – наконец сдался великан.
– Обеспечиваешь безопасность корабля?
– И это тоже.
– Спасибо, – тихо произнесла Делакша.
– За что?
– За то, что сказал правду.
– Одну из, – поправил ее Ниорег.
– Тоже сгодится.
– Могу ли я полагаться на вашу осмотрительность, мисс?
– Естественно. И меня зовут Делакша.
– Тогда
– О нет, не так быстро, – поспешно вставила женщина. – Хотела также поблагодарить за спасение птички. – В ответ на недоуменный взгляд собеседника она добавила: – Как ты на нее смотрел… как касался. Мне и самой захотелось оказаться на ее месте.
– Я должен идти, – сказал ошарашенный Ниорег.
Делакша быстро наклонилась вперед и взяла его за руку. Великан выглядел настороженным, готовым сбежать в любое мгновение.
Аяана наблюдала за происходящим, широко распахнув глаза от изумления, размышляя, пока не поняла: Делакша течет по жизни, вливается в пространства между «нет» и превращает их в «да».
– Я замужем, – уведомила женщина.
– Приношу извинения, – неуверенно отозвался Ниорег.
– Но я сбежала из дома, – торопливо продолжила Делакша, не находя объяснения собственному стремлению все рассказать, собственному трепету, точно сама она была той пичугой в бережных руках великана.
– Понимаю, – едва заметно улыбнулся мужчина, не сводя завороженного взгляда от их соединенных рук.
