Пленники чувствовали себя собачонками, лопоухими щенками, на которых возлагали большие надежды, но которых пока боялись оставлять без надзора. Беллами в этом плане повезло больше. Видимо в его услугах бедуины нуждались сильнее, чем в умениях кузнеца, а потому к доктору относились со всем возможным почтением и никоим образом не ограничивали его свободу передвижения. Впрочем, передвигаться за пределы заставы не мог даже доктор Кло. Да и не было в том смысла, разве только доктор вдруг захотел бы покончить с жизнью.
— Как же я помогать вам в битве, если вы не брать меня на место боя? — поинтересовался Беллами, наблюдая за окончанием очередной подготовки бедуинов к военной вылазке. Сборы всегда проходили во второй половине дня, а за пределы заставы отряд выдвигался на закате.
— Жить надоело? — недобрым взглядом окинул его Одноглаый.
— Нет, нет. Как можно! — решительно замотал головой доктор Кло.
— Тогда сиди, где велено, и под пули не суйся. Раненых сюда привезут, тогда и полечишь.
— Но помощь надо оказать сразу. Если медлить, можно потерять момент.
— А о том тебе вообще беспокоиться не следует. Лечить будешь только тех, кого скажут. У нас тут не богодельня — лишние рты не нужны.
Одноглазый дождался кивка доктора, после чего натянул на лицо платок и скомандовал отряду выдвигаться вперед. Беллами прикусил губу.
— Напрасно надеетесь, уважаемый, — прозвучал за спиной у Беллами голос Андреаса — паренька лет двадцати, пару раз из-за собственной глупости уже ставшего пациентом доктора Кло.
— На что я надеяться? — изображая искреннее непонимание, спросил Беллами.
— Не возьмут они в отряд человека, пробывшего на заставе меньше года. Да и потом — не факт. Боятся, что пронюхают шпионы их тайный маршрут до Южной заставы. И преимущество в тот же миг обернется их самым значительным недостатком.
Беллами улыбнулся, глядя на паренька:
— А ты не бояться, что я твои слова передавать Одноглазый? Вдруг я шпион? Не стоить со мной о таком говорить.
Андреас громко рассмеялся:
— Ни какой вы не шпион. Не может быть ничего глупее, чем в стан врага в качестве соглядатая доктора присылать. Да при том такого, что и мертвого на ноги поставить может.
— Мертвый на ноги никогда не вставать, — заметил Беллами.
— Еще как вставать! Тарас ведь встал.
Никаких аргументов, чтобы убедить паренька в обратном у доктора Кло не нашлось. Неопределенно качнув головой вслед уходящему Андреасу, Беллами осторожно огляделся по сторонам. Убедился, что никто не наблюдает за ним и направился в сторону кладовки при кузнице.
Открывать дверь в кладовку доктор не стал, опасаясь привлечь к себе и своему поступку ненужное внимание. Вместо этого он сел в тенек возле одной из наружных стен кладовки и условным стуком привлек внимание пленников.
Между доктором Кло, Тарасом и Василием была договоренность, что они не более, чем спутники, и дружбы друг с другом не водят. Василий надеялся таким образом уменьшить подозрительность бандитов на счет всей компании и возможного заговора. Неизвестно, поверили лже-бедуины своим новым товарищам или нет, но хуже от подобного уговора никому точно не стало.
Беллами пересказал Василию и Тарасу разговор, случившийся только что между ним и Одноглазым. Добавил пару слов о замечании Андреаса.
— Подтверждаются наши догадки, — прошептал в ответ Василий.
— И что же нам делать? Если не удастся попасть в отряд, то как мы сможем выяснить, каким маршрутом движутся бандиты?
— Ну, в отряд нам вовсе не обязательно попадать под своими именами, — заметил Тарас. — Помнится, Беллами упоминал, что бедуины с заставы уходят, закрыв лица платками.
— А ведь верно! — зашептал Василий. — Если удастся от этих цепей избавится, то не составит труда и в чужое седло сесть.
Друзья помолчали. Василий и Тарас обдумывали план побега. Беллами, разомлевший под теплыми лучами заходящего солнца, лениво наблюдал, как двое бандитов тащат огромный кухонный котел с водой через внутренний двор заставы.
— Нет! Этого нельзя делать! Ты понимаешь, к скольким жертвам приведет подобное? — недовольный шепот Григорьева заставил доктора Кло вернуться мыслями к разговору с друзьями.
— Я понимаю, что если мы не выберемся отсюда и не узнаем маршрута этих бедуинов, то погибнет куда больше солдат на Южной заставе. А более надежного способа убедить бандитов в нашей преданности не существует!
Но ответ Василия явно не убедил Тараса. Офицер продолжил нападать на кузнеца, обвиняя едва ли не в предательстве.
— Простите, я не очень понимаю, о чем вы толкуете, — прервал пленников Беллами.
— Он предлагает починить старую пушку, что стоит в дальнем углу кузницы. Доктор — вы разумный человек! Донесите до него мысль, что если он поможет бандитам таким образом, то почти собственными руками убьет солдат… моих друзей! на Южной заставе.
— Э, нет, Беллами. Лучше вы — разумный человек — донесите до него мысль, что пара выстрелов пушки отнимет куда меньше жизней, чем бандиты, регулярно нападающие на Южную заставу!
