Город потерянных душ полностью

– Адамас, – произнес он. – Сырье, которое я сегодня принес Железной Сестре. Ты знаешь, что из него делается?

– Естественно. Клинки серафима. Демонические башни Аликанте. Стило…

– И Чаша Смерти.

Клэри покачала головой.

– Чаша Смерти золотая. Я ее видела.

– Позолоченный адамас. У Меча Смерти тоже адамасовая рукоятка. Говорят, из адамаса выстроены сами райские чертоги. И наложить на него руки не так-то просто. Только Железные Сестры способны с ним работать, и предполагается, что только у них есть к нему доступ.

– Тогда зачем ты дал его Магдалине?

– Чтобы она сделала вторую Чашу, – сказал Джейс.

– Вторую Чашу Смерти? – Клэри, не веря своим ушам, переводила взгляд с одного из них на другого. – Но нельзя просто так взять – и это сделать. Просто создать вторую Чашу Смерти. Если бы это было возможно, Конклав бы не паниковал так, когда настоящая Чаша Смерти пропала. Валентин бы так в ней не нуждался…

– Это чаша, – сказал Джейс. – Кто бы и из чего бы ее ни сделал, она так и останется чашей, пока Ангел добровольно не прольет в нее свою кровь. Вот что делает ее тем, что она есть.

– И вы думаете, что сумеете добиться от Разиэля, чтобы он добровольно пролил для вас кровь во вторую чашу? – Клэри не в силах была прогнать бритвенно-острое недоверие из своего голоса. – Ну что ж, желаю удачи.

– Клэри, это уловка, – сказал Себастьян. – Ты же знаешь, что все существует в рамках союзов? Будь то союз с серафимами или демонами? Демоны верят, что нам нужен демонический аналог Разиэля. Могучий демон, который смешает свою кровь с нашей и создаст новый род Сумеречных охотников. Которые не будут связаны Законом, или Заветом, или правилами Конклава.

– Ты сказал им, что хочешь создать… Сумеречных охотников наоборот?

– Что-то вроде того, – рассмеялся Себастьян, запустив руку в свои белокурые волосы. – Джейс, хочешь помочь мне объяснить?

– Валентин был фанатиком, – сказал Джейс. – Он был во многом не прав. Не прав, что хотел вырезать Сумеречных охотников. Не прав насчет существ Нижнего мира. Но насчет Конклава или Совета он не ошибался. Каждый наш Инквизитор до сей поры оказывался коррумпирован. Переданные нам Ангелом законы – бессмысленные прихоти, а наказания за их нарушения – еще хуже. «Закон суров, но это закон». Сколько раз ты это уже слышала? Сколько еще мы будем вынуждены залегать на дно и прятаться от Конклава и его Законов даже тогда, когда их же и пытаемся спасти? Кто бросил меня в темницу? Инквизитор. Кто бросил Саймона в темницу? Конклав. Кто дал бы ему сгореть заживо?

Сердце Клэри заколотилось. От голоса Джейса, такого знакомого, произносящего эти слова, у нее словно обмякли кости. Он был и прав, и неправ. Как Валентин. Но ей хотелось верить ему так, как не хотелось верить Валентину.

– Ладно, – сказала она. – Я понимаю, что Конклав прогнил. Но не вижу, какое отношение к этому имеют сделки с демонами.

– Наша миссия – уничтожать демонов, – сказал Себастьян. – Но всю свою энергию Конклав направил на другие дела. Барьеры слабеют, и на Землю проникает все больше и больше демонов, но Конклав закрывает на это глаза. Мы открыли проход на Крайнем Севере, на острове Врангеля, и мы заманим туда демонов, посулив им эту Чашу. Только, когда они прольют в нее свою кровь, они будут уничтожены. Я заключил несколько подобных договоров с другими Высшими Демонами. Когда мы с Джейсом их убьем, Конклав увидит, что мы – сила, с которой нужно считаться. Им придется к нам прислушаться.

Клэри уставилась на него во все глаза.

– Убить Высших Демонов не так-то просто.

– Сегодня я этим уже занимался, – сказал Себастьян. – По счастливой случайности, именно поэтому нам всем не придется отвечать за убийство тех демонов-телохранителей. Я убил их хозяина.

Клэри перевела взгляд с Джейса на Себастьяна и обратно. В глазах Джейса был спокойный интерес; взгляд Себастьяна казался более напряженным. Он как будто пытался заглянуть ей прямо в голову.

– Что ж, – медленно проговорила она. – Тут есть над чем поразмыслить. И мне не нравится, что вы собираетесь подвергнуть себя такой опасности. Но я рада, что вы доверились мне настолько, чтобы рассказать.

– Я же говорил, – сказал Джейс. – Говорил тебе, что она поймет.

– Я никогда и не говорил, что не поймет, – Себастьян не сводил с лица Клэри взгляда.

Она громко сглотнула.

– Я ночью плохо спала, – сказала она. – Мне надо отдохнуть.

– Жалость-то какая, – сказал Себастьян. – Как раз собирался спросить, не хочешь ли ты подняться на Эйфелеву башню.

Его темные глаза были непроницаемы; Клэри не могла разобрать, шутит он или нет. Но прежде, чем она успела сказать что-либо в ответ, рука Джейса скользнула в ее ладонь.

– Пойду с тобой, – сказал он. – Я сам не слишком хорошо выспался.

Он кивнул Себастьяну.

– Увидимся за ужином.

Себастьян не ответил. Они были уже почти на лестнице, когда он окликнул:

– Клэри.

Она обернулась, высвободив руку из пальцев Джейса.

– Что?

– Мой шарф, – и Себастьян протянул за ним руку.

– Ой. Точно.