Город потерянных душ полностью

Клэри подалась вперед, но Джейс поймал ее за руку и оттащил назад. Клэри принялась пинаться, но он уже сгреб ее на руки и зажал ей рот ладонью. Себастьян говорил с Аматис – низким, гипнотическим голосом. Та яростно замотала головой, но Картрайт схватил ее за длинные волосы и запрокинул лицом наверх. До Клэри донесся ее крик – тонкий звук, пробившийся сквозь ветер.

Клэри вспомнила, как ночью сидела без сна, глядя на мерно вздымающуюся и опускающуюся грудь Джейса – и размышляя, как всему этому можно было бы положить конец одним ударом ножа. Но тогда у всего этого не было лица, голоса и плана. Теперь, когда у беды было лицо сестры Люка, когда Клэри знала план Себастьяна, было уже слишком поздно.

Себастьян сгреб волосы на затылке Аматис в кулак и прижал Чашу к ее губам. Пока он с силой вливал содержимое ей в горло, Аматис кашляла и ее едва не стошнило; черная жижа капала у нее с подбородка.

Себастьян отнял Чашу, но та уже сделала свое дело. Аматис издала ужасный лающий звук и судорожно распрямилась. Ее глаза вылезли из орбит, почернев, точно как глаза Себастьяна. Она закрыла лицо ладонями и завыла, и Клэри в изумлении увидела, как руна Ясновидения на ее руке тает – бледнеет и тает – и исчезает совсем.

Аматис уронила руки. Ее лицо разгладилось, а глаза вновь стали голубыми. Она в упор посмотрела на Себастьяна.

– Освободи ее, – велел Картрайту брат Клэри, не сводя глаз с Аматис. – Пусть она придет ко мне.

Картрайт разорвал цепь, приковывавшую к нему Аматис, и отступил – с занятной смесью страха и восхищения на лице.

Какое-то мгновение Аматис не двигалась, ее руки безвольно болтались вдоль тела. Затем она встала и подошла к Себастьяну. Метя волосами грязь, она преклонила перед ним колени.

– Хозяин, – произнесла она. – Как я могу вам служить?

– Встань, – сказал Себастьян, и Аматис грациозно поднялась. Казалось, она вдруг обрела совершенно новую манеру двигаться. Все Сумеречные охотники были не лишены изящества, но от безмолвной грации, с которой теперь двигалась Аматис, Клэри вдруг проняла странная жуть. Сестра Люка теперь стояла прямо напротив Себастьяна. Клэри впервые заметила, что то, что она приняла за длинное белое платье, на самом деле было ночной сорочкой – как будто Аматис разбудили и вытащили прямо из кровати. Какой кошмар – проснуться здесь, в мрачном, всеми позабытом месте, в окружении фигур в плащах с капюшонами.

– Подойди ко мне, – поманил Себастьян, и Аматис шагнула к нему. Он был по меньшей мере на голову выше, и ей пришлось запрокинуть голову, пока он шептал что-то ей на ухо. Ее лицо рассекла холодная улыбка.

Себастьян поднял руку.

– Желаешь сразиться с Картрайтом?

Картрайт выронил цепь, которую держал, и сквозь прорезь мантии потянулся к портупее. Он был совсем еще юношей, с белобрысыми волосами и широким лицом с квадратной челюстью.

– Но я…

– Вне всякого сомнения, следует продемонстрировать ее силу, – сказал Себастьян. – Да ладно тебе, Картрайт, она женщина и к тому же старше тебя. Ты что, боишься?

Картрайт был явно ошарашен, но, тем не менее, вытащил из-за пояса длинный кинжал.

– Джонатан…

Глаза Себастьяна сверкнули.

– Дерись с ним, Аматис.

Ее губы изогнулись в ухмылке.

– С превеликим удовольствием, – сказала она и прыгнула – с поразительной скоростью. Она взмыла в воздух и выбросила ногу вперед, выбив у противника кинжал. Клэри в изумлении глядела, как Аматис вздергивает Картрайта вверх и бьет коленом в живот. Он отшатнулся назад, и она ударила его лбом в лоб, раскрутила и с силой дернула за мантию сзади, повалив наземь. Картрайт с жутким хрустом рухнул к ее ногам и застонал от боли.

– А это за то, что вытащил меня из постели посреди ночи, – сказала Аматис и утерла тыльной стороной ладони слегка кровившую губу. По рядам Сумеречных охотников пронесся приглушенный натужный смешок.

– Вот вы и убедились, – сказал Себастьян. – Даже Сумеречный охотник из тех, что не отличаются особой силой или мастерством – ты уж извини, Аматис – может стать сильнее и ловчее своих верных серафимам сородичей.

Он ударил кулаком по ладони.

– Власть. Настоящая власть. Кто готов ее принять?

Последовал момент сомнения – и затем Картрайт, пошатываясь и прикрывая рукой живот, поднялся на ноги.

– Я готов, – произнес он, бросив убийственный взгляд на Аматис, которая лишь улыбнулась.

Себастьян поднял Чашу Смерти.

– В таком случае, подходи.

Картрайт двинулся к нему, а строй Сумеречных охотников рассыпался, превратившись в рваную линию – все разом потянулись к Себастьяну. Аматис безмятежно стояла рядом со сложенными руками, а Клэри ела ее глазами, мысленно заклиная женщину посмотреть на нее в ответ. Это же была сестра Люка. Если бы все пошло так, как задумывалось, сейчас она приходилась бы Клэри теткой.