Город потерянных душ полностью

– Сейчас же, – сказал Себастьян. – Нам нет нужды здесь оставаться. Мы важны, а не это пушечное мясо. Мы доказали, что Чаша Ада работает. Вот и все, что имеет значение.

Он схватил Клэри за платье на груди.

– Но бежать будет намного легче, – продолжил он, – если эта прекратит на каждом шагу пинаться, драться и вопить.

– Можем напоить ее позже…

– Нет, – прорычал Себастьян. – Держи ее, пусть не дергается.

И он поднял Чашу и прижал ее к губам Клэри, пытаясь открыть ей рот. Та сопротивлялась, крепко сжав зубы.

– Пей, – злобно прошипел Себастьян, так тихо, что Клэри засомневалась, слышно ли это Джейсу. – Я же предупреждал тебя, что, не успеет эта ночь подойти к концу, как ты будешь делать все, что мне будет угодно. Пей.

Его черные глаза потемнели, и он ткнул Чашей вперед, раскроив Клэри нижнюю губу.

Чувствуя во рту привкус крови, она закинула руки назад и схватила Джейса за плечи; оттолкнувшись от него, она пнула Себастьяна обеими ногами. Шов на платье, почувствовала она, лопнул, и сбоку оно разошлось надвое, когда обе ее ноги прицельно влетели Себастьяну в ребра. Это выбило у него из легких воздух, и он отшатнулся – как раз когда Клэри запрокинула голову, услышав отчетливое хрусть, когда ее затылок врезался Джейсу в лицо. Джейс завопил и ослабил хватку достаточно, чтобы Клэри вырвалась. Она окончательно выдралась из его рук и, не оглядываясь, бросилась в битву.

Майя неслась по каменистой земле; звездный свет гладил ее шкуру холодными пальцами, а тяжелые запахи боя так и заполняли чувствительный нос – кровь, пот и запашок черной магии, похожий на вонь горелой резины.

Стая разбежалась по всему полю битвы, кидаясь и убивая смертоносными клыками и когтями. Майя держалась поближе к Джордану – не потому, что нуждалась в его защите, а потому, что обнаружила, что вдвоем они дерутся лучше и эффективнее. Она успела до этого побывать лишь в одной битве, на Броселиндской равнине, и то была беспорядочная круговерть из демонов и Детей Нижнего мира. Сейчас, на Буррене, сражалось куда меньше народу, но темные Сумеречные охотники были серьезным противником и размахивали мечами и кинжалами с молниеносной, пугающей силой. Майя видела, как какой-то худощавый мужчина снес голову оборотню в прыжке – одним взмахом короткого кинжала; на землю рухнуло обезглавленный человеческий труп, залитый кровью и неузнаваемый.

Как раз когда она об этом подумала, перед ними возник один из облаченных в красное нефилимов с обоюдоострым мечом в руках. В лунном свете на клинке были видны красно-черные пятна. Джордан рядом с Майей оскалился, но на врага прыгнула именно она. Тот уклонился и ударил мечом. Майя почувствовала острую боль в плече и приземлилась на все четыре лапы; боль терзала ее, словно ножом. Раздался лязг, и она поняла, что выбила у противника меч. Она удовлетворенно зарычала и развернулась, но Джордан уже летел в прыжке, метя нефилиму в горло…

И человек поймал его в воздухе за шкирку, точно нашкодившего щенка.

– Нижнемирское отребье, – выплюнул он, и, хотя Майе не впервой было слышать такие оскорбления, от ледяной ненависти, с которой Сумеречный охотник это произнес, ее почему-то пробрала дрожь. – Надо бы сделать из тебя шубу. Надо бы мне тебя надеть.

Майя впилась зубами ему в ногу. Медная на вкус кровь хлынула ей в пасть, а нефилим закричал от боли и отшатнулся назад, пиная ее изо всех сил, но выпустив Джордана из хватки. Майя крепко стиснула челюсти, а Джордан уже прыгнул снова, и на сей раз крик ярости Сумеречного охотника оборвался, когда когти оборотня разорвали ему горло.

Аматис чуть было не всадила клинок в сердце Магнуса – но тут стрела просвистела в воздухе и вонзилась ей в плечо, сбив в сторону с такой силой, что ее завертело вокруг собственной оси и швырнуло на каменистую землю лицом вниз. Она вопила, но ее крик вскоре потонул в царившем кругом лязге оружия. Изабель опустилась на колени рядом с Магнусом; Саймон поднял глаза и увидел Алека, замершего с луком в руках на каменной гробнице. Он, наверное, был слишком далеко от них, чтобы четко видеть Магнуса; Изабель опустила руки на грудь чародею, но Магнус – Магнус, всегда такой подвижный и брызжущий энергией – упорно лежал, не шевелясь и не реагируя на ее манипуляции. Она подняла глаза и увидела, что на них смотрит Саймон; ее руки были красны от крови, но она яростно покачала головой.

– Не останавливайся! – выкрикнула она. – Найди Себастьяна!

Саймон вывернулся и вновь бросился в битву. Тесный строй облаченных в красное Сумеречных охотников начинал поддаваться. Волки прорывались то тут, то там, отделяя Сумеречных охотников одного от другого. Джослин схватилась на мечах со скалящимся нефилимом, из свободной руки которого так и хлестала кровь – и тут Саймон, пробиравшийся вперед, проталкиваясь в узких пространствах между схватками, понял кое-что странное: ни на ком из красных Сумеречных охотников не было Меток. Их кожа была лишена всяких украшений.