– Ну, знаешь, обычная ерунда – демоны, которых я, возможно, убью, руны, которые мне надо выучить, люди, которые недавно меня разозлили, люди, которые давно меня разозлили, и утки.
– Утки?
– Неважно, – отмахнулся Джейс. – А теперь смотри.
Он взял ее за плечи и осторожно развернул, чтобы они смотрели в одну сторону. Мгновение спустя стены вокруг них, казалось, начали таять, и они шагнули на брусчатку. Она ахнула, и обернувшись, увидела только стену старого каменного дома, окна которого виднелись высоко наверху. Слева от них был канал, который переходил в огромное водное пространство, окруженное великолепными зданиями. Пахло водой и камнем.
– Круто, да? – гордо сказал Джейс.
Клэри обернулась к нему.
– Утки? – повторила она.
Джейс улыбнулся уголком рта.
– Ненавижу уток. Не знаю почему. Всегда их не мог терпеть.
Майя и Джордан прибыли в Дом Преторов ранним утром. Грузовик, подпрыгивая и громыхая, проехал по белой дорожке вдоль ухоженных клумб к высокому дому, издали напоминавший корабельный киль. За ним Майя разглядела ряд деревьев, за ними – синюю гладь Залива.
– Это здесь ты тренировался? – спросила она. – Роскошное место.
– Не верь глазам своим, – улыбнулся Джордан. – Это трудовой лагерь, а не дом отдыха.
Майя искоса посмотрела на Джордана… Он улыбался не переставая с тех пор, как она его поцеловала утром на пляже. Какая-то часть Майи чувствовала себя так, словно перенеслась в прошлое – в те дни, когда она любила Джордана больше всего на свете; а другая ее часть словно проснулась в чужом краю, вдали от привычной жизни и стаи.
Это было очень странно. Не плохо и не хорошо, подумала Майя, просто… странно.
Джордан затормозил на площадке возле дома. Он был построен из желтовато-коричневого, как волчья шкура, камня. Массивная лестница вела к черным двустворчатым дверям. В центре площадки стояли огромные солнечные часы, показывая семь утра; надпись по краю циферблата сообщала: «ПОКАЗЫВАЮ ТОЛЬКО ДНЕВНОЕ ВРЕМЯ».
Майя выпрыгнула из кабины грузовика ровно в тот момент, когда двери дома отворились, и прогремел голос: «Претор Кайл!»
Джордан и Майя увидели, как по лестнице спускается средних лет человек в черном костюме; на его светлых волосах виднелась седина. Джордан перестал улыбаться.
– Претор Скотт, – поприветствовал он, – это Майя Робертс из стаи Гэрроуэя. Майя, это Претор Скотт. Если вкратце, он тут самый главный.
– С девятнадцатого века «Претор Люпус» возглавляют члены семейства Скоттов, – сообщил мужчина Майе; та опустила голову в знак подчинения. – Должен признать, Джордан, мы не ожидали твоего возвращения так скоро. Ситуация с вампиром на Манхэттене, с этим Дневным…
– Все под контролем, – поспешно вставил Джордан. – Мы приехали по другой причине.
– Я заинтригован, – вскинул брови Претор Скотт.
– Вообще-то, это довольно срочное дело, – сказала Майя. – Люк Гэрроуэй, вожак нашей стаи…
Претор Скотт сурово взглянул на нее, заставив замолчать. Его глаза под густыми бровями были серо-зеленого цвета; на шее, под воротником рубашки, сверкал бронзовый знак «Претор Люпус» с отпечатком волчьего следа. Хоть у него и не было своей стаи, он явно был альфа-самцом.
– «Претор Люпус» сам определяет, какие дела считать срочными, – отрезал он. – А еще мы не постоялый двор, где рады непрошеным гостям. Джордан пошел на риск, взяв тебя сюда, и знает об этом. Не будь он одним из самых многообещающих наших выпускников, я бы прогнал вас обоих.
Джордан засунул большие пальцы рук за пояс джинсов и уставился на землю. Мгновение спустя Претор Скотт положил руку ему на плечо.
– Но, – продолжил он, – ты
Кабинет находился в конце длинного петляющего коридора, стены которого были отделаны темной древесиной. В доме слышались многочисленные голоса, а на стене перед лестницей на второй этаж висело объявление: «ПРАВИЛА ОБЩЕЖИТИЯ».
В воздухе витал дразнящий запах готовящегося завтрака, и в животе у Майи заурчало. Претора Скотта это развеселило.
– Если вы проголодались, я велю вас накормить.
– Спасибо, – пробормотала Майя.
Они дошли до конца коридора. Скотт открыл дверь с табличкой «ОФИС».
И грозно нахмурил брови.
– Руфус, – произнес он, – что ты тут делаешь?
