Город потерянных душ полностью

Комната была голой, с гладкими стенами и совершенно без мебели. Внутри стояла группа демонов. Они были похожи на ящериц, с жесткой зеленовато-коричневой кожей, но у каждого имелось шесть ног вроде осьминожьих, издававших при движении сухой, дробных звук. Головы демонов были вздувшимися, как у инопланетян, с фасетчатыми черными глазами.

Клэри сглотнула желчь. Все это напомнило ей о Пожирателе – одном из первых виденных ей в жизни демонов. Нечто в гротескном сочетании ящерицы, насекомого и пришельца внушало ей тошноту. Она теснее прижалась к стене, прислушиваясь изо всех сил.

– Это если ты ему доверяешь, – сложно было понять, какой именно из демонов говорит. Их ноги сжимались и разжимались при движении, приподнимая и опуская мешкообразные тела. Вместо ртов у них, кажется, были пучки маленьких щупалец, дрожавших при разговоре.

– Великая Мать доверяла ему. Он ее дитя.

Себастьян. Конечно же, они говорили о Себастьяне.

– Он также и нефилим. Они наши злейшие враги.

– Они и его злейшие враги. В нем течет кровь Лилит.

– Но в том, кого он зовет своим спутником, течет кровь наших врагов. Он из ангелов, – демон выплюнул это слово с такой ненавистью, что Клэри словно получила им пощечину.

– Дитя Лилит уверяет нас, что имеет над ним полную власть, и он и в самом деле кажется послушным.

Раздался сухой смешок.

– Вы, молодежь, чересчур поглощены тревогами. Нефилимы долго прятали от нас этот мир. Его богатства велики. Мы выпьем его досуха и оставим подобным пеплу. Что же до мальчика-ангела, он умрет последним из своего племени. Мы бросим его гореть на погребальном костре, пока от него не останутся лишь золотые кости.

В Клэри вскипела ярость. Она втянула воздух – едва слышный звук, но все-таки звук. Ближайший к ней демон вскинул голову. На мгновение Клэри застыла, замерев под бешеным взглядом зеркальных черных глаз.

Затем она повернулась и бросилась бежать. Бежать, назад к выходу и ступеням и пути в темноту. Она слышала за спиной суету, вопли тварей, а затем скользкий дробный звук лап преследователей. Она оглянулась через плечо и поняла, что не оторвется. Несмотря на фору, они ее уже почти нагнали.

Клэри слышала собственное хриплое дыхание, раздиравшее горло как пилой, когда добежала до арки – развернулась – и подпрыгнула, уцепившись за нее руками. Она качнулась вперед со всей силы, ударив ногами в ботинках первого из демонов и сбив того на спину; тварь громко завизжала. Все еще на весу, Клэри ухватилась за рукоятку одного из скрещенных топоров под черепом и дернула.

Вбитый в камень на славу, тот не пошевелился.

Клэри зажмурилась, взялась за топор покрепче и, со всей силы, потянула.

Топор с жутким звуком отошел от стены, вниз посыпались камни и каменная крошка. Потеряв равновесие, Клэри упала и приземлилась на согнутые ноги, выставив топор перед собой. Он был тяжелый, но она почти этого не чувствовала. То, что случилось тогда в лавчонке, повторялось и сейчас. Время замедлилось, чувства обострились. Клэри ощущала каждое дуновение ветерка над кожей, каждую неровность пола под ногами. Она собралась с духом, когда первый из демонов пролетел арку и попятился, как тарантул, когтя лапами воздух над Клэри. Под щупальцами на морде виднелась пара острых, каплющих ядом клыков.

Топор в руке Клэри метнулся вперед, словно по своей собственной воле, и погрузился глубоко в грудь твари. Клэри немедленно вспомнила, как Джейс советовал ей не бить в грудь, а стараться отрубить голову. Не у всех демонов имелись сердца. Но на сей раз ей повезло: она попала не то в сердце, не то в какой-то другой жизненно важный орган. Тварь забилась и завизжала; вокруг раны запузырилась кровь, а затем демон исчез, и Клэри отступила на шаг назад, с выпачканным ихором оружием в руке. Кровь демона была черной и зловонной, как деготь.

Когда на нее бросился следующий, Клэри пригнулась, широко размахнувшись топором и отрубив демону несколько ног. Тот с воем завалился на бок, как сломанный стул; очередной демон уже лез по его телу, пытаясь до нее добраться. Она снова размахнулась, погрузив топор чудищу в морду. Брызнул ихор, и Клэри отпрянула, прижавшись к лестнице. Если бы хоть один из них зашел ей за спину, ей была бы крышка.