– Я все никак не могла понять, почему Кате не стал ни один фонд помогать – она в несколько обращалась. Я пошла на их сайты, стала смотреть – они там вывешивают всех людей, на которых деньги собирают. И там были дети с такими же диагнозами! То есть ни фига это не «слишком сложный случай», – Марина показала пальцами кавычки. – Я им позвонила, спросила, что за фигня. А они, прикиньте что? Говорят – нет, к нам такая не обращалась. Ну, врут ведь!
– Зачем? Они что, против Кати что-то имеют? – Лиза потерла лоб, она никак не могла взять в толк, о чем говорит Марина.
– Да при чем тут Катя! – журналистка не выдержала, резко встала и принялась ходить по коридору. К ней возвращалась ее бьющая через край агрессивная энергия. Теперь важно было не попасть под удар этой энергии.
– Я стала дальше смотреть, до дыр эти истории пациентов на сайтах засмотрела. Фонды-то областные, и там люди из разных городов. И знаете что? Там нет ни одного человека из Среднеуральска! Ни единого. Ну не может же такого быть. Из Ирбита, блин, есть, а из Среднеуральска нет. А потом я съездила в областной онкоцентр, пообщалась, и там мне сказали, что у них чуть ли не каждый второй из Среднеуральска! Но никого из них нет в этих фондах. Фонды отказываются работать с людьми из Среднеуральска! Вот об этом и написала! И после этого меня уволили!
– Но так же нельзя! – Лиза в возмущении отодвинулась от стола вместе со стулом. Ножки неприятно заскрипели. – Не то, что тебя уволили… То есть это, конечно, тоже плохо. Но ведь этим людям нужна помощь. А что если кому-то тоже нужна пересадка какого-то органа? А у них денег нет. Эти же фонды должны помогать. А они … они…
Лиза даже задохнулась от возмущения.
– Об этом нужно всем рассказать!
– Ну, удачи, я попыталась! Пять минут не провисела новость. Рано утром выпустила, ее никто и прочитать-то не успел. Так никто и не узнает.
– Один точно прочитал, – подала голос Настя. Она смирно стояла у стены, сложив руки за спиной.
Лиза с Мариной повернули к ней головы.
– Тот, кто попросил ее убрать.
– Так, а ее нигде больше нельзя опубликовать? – Лиза вновь обратилась к Марине.
– И что? Нет, я, конечно, попытаюсь. У меня однокурсница бывшая в «АиФ» работает, еще одна в «Уралновостях», ну, выпустят там – и снова через пять минут позвонят и потребуют убрать, еще и их попрут с работы. Вот же хрень. Нам бы блогера какого-нибудь привлечь. Не миллионника – они только за бабки соглашаются. А какого-нибудь нашего – городского, но у кого много подписчиков, чтобы прочитали. А когда много людей будут у себя это постить, тогда уже и все новостники осмелеют и начнут расхватывать.
– Много – это сколько?
– Тысяч тридцать хотя бы.
Лиза достала телефон и зашла на свою рабочую страницу. Она не открывала ее уже с неделю – надоело читать гадости. А люди там по-прежнему были активны – почти тысяча новых сообщений.
– Я, конечно, так себе блогер, но у меня уже пятьдесят тысяч подписчиков, – она повернула экран к журналистке.
Марина присвистнула и выхватила телефон.
– Настоящие? И даже не накрученные? И не арабы, и не африканцы. А, не, вот «Лейла ноготочки», так, это магазин какой-то. Но в остальном-то нормальные, – она энергично водила пальцем по гаджету. – Откуда столько?
– От тебя, после твоей статьи налетели, – Лиза скрестила руки на груди. Она все еще не простила Марину за это.
– Значит, все местные, – журналистка даже не обратила внимания на обиженный тон, – и активные. Это же то, что нужно.
Марина резко опустилась на стул прямо напротив Лизы, глаза горели азартом.
– Опубликуешь у себя материал? Людям помочь надо!
На секунду Лиза испытала чувство дежавю, ее даже передернуло немного от последней фразы Марины. Но ответила она твердо.
– Да, давай.
– Ништяк. Так, сейчас я тебе текст пришлю. Хорошо, что успела все с рабочего компа скопировать, – Марина принялась яростно копаться в сумке, ища свой телефон. – И фотки надо в галерею залить. Я в онкоцентре сняла пациентов, но и Катю с ее сыном надо поставить. Ты, Настюха, кстати, классно их сняла. Только надо подписать еще в начале, что все эти люди нуждаются в помощи, и там абзацами все отбить, чтобы красиво текст в пост встал, и еще… А лучше дай, я сама.
Журналистка несколько минут колдовала над Лизиным телефоном. Потом с торжествующим лицом вернула его хозяйке.
– Все. Опубликовала. Теперь надо немного подождать. Блин, мы такой хайп словим! И чтобы этот козел, мой редактор, слава богу, бывший, сдох от зависти, – она с наглой улыбкой вновь стала рыться в сумке, пока не выудила пачку сигарет.
– Марина, иди в подъезд курить, – махнула рукой Лиза.