— Очередь Одри уже прошла, — с улыбкой сказала Лорел. — Надеюсь, ты не слишком устал. — Девушка протянула руку и пробежалась пальцами по его животу, а затем скользнула ниже и погладила его достоинство. Она с восхищением ухмыльнулась: — Вижу, ты совсем не устал.
Она принялась его целовать, и Бэннон, который теперь точно знал, что делать, ответил с большим энтузиазмом. С учетом недавней практики, юноша решил, что сейчас может получиться гораздо лучше.
Лорел оказалась медленнее и мягче, чем Одри, но более настойчива. Она ласкала его и показывала, как ласкать ее; желала наслаждаться всем его телом, а Бэннон вновь проявил себя примерным учеником. Когда он попытался ускорить темп, почувствовав нарастающую страсть, Лорел его попридержала, мучая и дразня. Затем перекатилась по узкой постели, оказавшись под юношей, и привлекла его к себе, обхватив руками.
— Все в порядке, — с жаром шепнула она ему на ухо. — Не торопись. Сейдж появится ближе к рассвету.
Воочию увидев опустошение Язвы, Никки углубилась в изучение знаний архива волшебников и посвятила все свое время грудам древних книг. И хотя Чертополох всячески старалась помочь — выбирала книги, которые считала стоящими внимания, и таскала еду с кухонь — девочке явно было скучно. Она хотела оказать посильную помощь, но ей недоставало исследовательского опыта. Помогая друзьям выжить в пустыне, Чертополох чувствовала себя важной, полезной в ловле ящериц и поиске воды. Но книги… Она ничего не смыслила в магических знаниях или древних языках.
Тетя и дядя научили ее алфавиту, поэтому она могла прочитать кое-какие основные слова. Чертополох взяла на себя задачу запомнить ключевые термины, интересовавшие Никки: «жизнь», «энергия», «хань», «ослабление», «поглощение» — и теперь торчала перед полками в огромных читальных залах, просматривая корешок за корешком, книгу за книгой, свиток за свитком.
Находя какое-то совпадение, девочка спешила с книгой к Никки и клала ее в кипу томов. Никки серьезно относилась к предложениям девочки, но до сих пор никто не нашел ничего нового о возможных слабостях Поглотителя жизни.
Чертополох всегда была независимой и способной о себе позаботиться. Она ощущала, что Никки ценит ее за это, ведь колдунья уважала тех, кто может сам справиться со своими проблемами. Сирота хотела доказать, что может быть ценным членом их группы, но сейчас чувствовала себя ненужной и ни на что не годной. Она отправилась изучать огромные каменные здания и проходящие через плато тоннели, напоминавшие ходы червей в гниющей древесине. Поглощенные своими исследованиями ученые Твердыни почти не замечали девочку.
Она избегала Виктории, не желая, чтобы ее записали в помнящие, которые заучивают старые книги. Однажды девочка наткнулась на одно из занятий по запоминанию: парни и девушки сидели на каменном полу, скрестив ноги, Виктория читала вслух абзац, а затем все повторяли его слово в слово. Заметив Чертополох, почтенная женщина жестом пригласила ее присоединиться к ним, но сирота улизнула.
Настойчивость пожилой женщины вызывала у нее беспокойство. Девочка не хотела, чтобы ее заперли здесь и заставили всю жизнь корпеть над старыми пыльными книжками. Она жаждала остаться с Никки и участвовать в ее приключениях.
Чертополох встретила неусидчивого Бэннона, который блуждал по тоннелям с мечом наперевес.
— Я бы тоже хотел заняться чем-то полезным, — посочувствовал ей юноша, а затем замахнулся мечом на невидимого противника, хотя в тесном коридоре было мало места для приличной воображаемой битвы.
— Мы с тобой должны пойти и сразиться со злым волшебником, — сказала Чертополох.
— Ты просто маленькая девочка.
Чертополох насупилась:
— А ты просто мальчишка.
— Я мужчина, и к тому же мечник, — оскорбился Бэннон. — Видела бы ты, скольких сэлок я убил, когда они напали на «Бегущий по волнам».
— Ты видел, как я сражалась с песчаными пумами, — напомнила Чертополох, — и пыльными людьми.
Со вздохом юноша поставил острие меча на каменный пол тоннеля:
— Ни один из нас не представляет серьезной угрозы для Поглотителя жизни. Придется ждать, пока кто-то не придумает, как его уничтожить.
Чертополох нахмурилась:
— Ожидание сводит меня с ума.
Бэннон отправился дальше по тоннелю, рубя мечом воображаемых врагов. Впрочем, столкнувшись с тремя прекрасными послушницами Виктории, юноша неловко остановился. В отличие от противников, Одри, Лорел и Сейдж могли победить его одними кокетливыми взглядами. От этой сцены Чертополох закатила глаза.
Тоннели вывели ее к отверстию на внешнем крутом склоне плато. Она посмотрела на Язву, и ее сердце защемило при виде стремительно растущего запустения и далекого марева. Она отчаянно хотела узнать, как прежде выглядела эта прекрасная долина.
Там ее и застал ученый-архивариус Саймон.
— Я каждый день смотрю на долину, — сказал он. — Каждое утро наблюдаю, как Поглотитель жизни расширяет свои территории и высасывает все больше жизни из мира. Будь ты здесь так же долго, как я, ты бы знала, как много мы потеряли.
Чертополох подняла на него взгляд:
— А какой раньше была долина?
