| Since I set my foot in France, and knew the traitor lived in Paris, I have watched carefully. | И с тех пор как я ступила на французскую землю, с тех пор как я узнала, что предатель живет в Париже, мои глаза и уши были всегда открыты. |
| I live retired in the house of my noble protector, but I do it from choice. I love retirement and silence, because I can live with my thoughts and recollections of past days. | Я веду уединенную жизнь в доме моего благородного покровителя, но я живу так потому, что люблю тень и тишину, которые позволяют мне жить наедине со своими мыслями. |
| But the Count of Monte Cristo surrounds me with every paternal care, and I am ignorant of nothing which passes in the world. I learn all in the silence of my apartments,--for instance, I see all the newspapers, every periodical, as well as every new piece of music; and by thus watching the course of the life of others, I learned what had transpired this morning in the House of Peers, and what was to take place this evening; then I wrote.' | Но граф Монте-Кристо окружает меня отеческими заботами, и ничто в жизни мира не чуждо мне; правда, я беру от нее только отголоски. Я читаю все газеты, получаю все журналы, знаю новую музыку; и вот, следя, хоть и со стороны, за жизнью других людей, я узнала, что произошло сегодня утром в Палате пэров и что должно было произойти сегодня вечером... Тогда я написала письмо". |
| "'Then,' remarked the president, 'the Count of Monte Cristo knows nothing of your present proceedings?'--'He is quite unaware of them, and I have but one fear, which is that he should disapprove of what I have done. But it is a glorious day for me,' continued the young girl, raising her ardent gaze to heaven, 'that on which I find at last an opportunity of avenging my father!' | "И граф Монте-Кристо не знает о вашем письме?" - спросил председатель. "Ничего не знает, и я даже опасаюсь, что он его не одобрит, когда узнает; а между тем это великий для меня день, -продолжала девушка, подняв к небу взор, полный огня, - день, когда я наконец отомстила за своего отца!" |
| "The count had not uttered one word the whole of this time. His colleagues looked at him, and doubtless pitied his prospects, blighted under the perfumed breath of a woman. His misery was depicted in sinister lines on his countenance. | Граф за все это время не произнес ни слова; его коллеги не без участия смотрели на этого человека, чья жизнь разбилась от благовонного дыхания женщины; несчастье уже чертило зловещие знаки на его челе. |
| 'M. de Morcerf,' said the president, 'do you recognize this lady as the daughter of Ali Tepelini, pasha of Yanina?'--'No,' said Morcerf, attempting to rise, 'it is a base plot, contrived by my enemies.' | "Господин де Морсер, - сказал председатель, -признаете ли вы в этой девушке дочь Али-Тебелина, янинского паши?" "Нет, - сказал граф, с усилием вставая, - все это лишь козни моих врагов". |
| Haidee, whose eyes had been fixed on the door, as if expecting some one, turned hastily, and, seeing the count standing, shrieked, | Гайде, не отрывавшая глаз от двери, словно она ждала кого-то, быстро обернулась и, увидя графа, страшно вскрикнула. |
| 'You do not know me?' said she. 'Well, I fortunately recognize you! | "Ты не узнаешь меня, - воскликнула она, - но зато я узнаю тебя! |
| You are Fernand Mondego, the French officer who led the troops of my noble father! | Ты Фернан Мондего, французский офицер, обучавший войска моего благородного отца. |
| It is you who surrendered the castle of Yanina! | Это ты предал замки Янины! |
| It is you who, sent by him to Constantinople, to treat with the emperor for the life or death of your benefactor, brought back a false mandate granting full pardon! | Это ты, отправленный им в Константинополь, чтобы договориться с султаном о жизни или смерти твоего благодетеля, привез подложный фирман о полном помиловании! |
| It is you who, with that mandate, obtained the pasha's ring, which gave you authority over Selim, the fire-keeper! | Ты благодаря этому фирману получил перстень паши, чтобы заставить Селима, хранителя огня, повиноваться тебе! |
