| Then all the members looked at each other with terror. | Тогда члены комиссии с ужасом переглянулись. |
| They knew the count's energetic and violent temper; it must be, indeed, a dreadful blow which would deprive him of courage to defend himself. They expected that his stupefied silence would be followed by a fiery outburst. | Все знали властный и непреклонный нрав генерала. Нужен был страшный упадок сил, чтобы этот человек перестал обороняться; и все думали, что за этим безмолвием, похожим на сон, последует пробуждение, подобное грозе. |
| 'Well,' asked the president, 'what is your decision?' | "Ну что же, - сказал председатель, - что вы решаете?" |
| "'I have no reply to make,' said the count in a low tone. | "Ничего", - глухо ответил граф, поднимаясь с места. |
| "'Has the daughter of Ali Tepelini spoken the truth?' said the president. 'Is she, then, the terrible witness to whose charge you dare not plead "Not guilty"? | "Значит, дочь Али-Тебелина действительно сказала правду? - спросил председатель. - Значит, она и есть тот страшный свидетель, которому виновный не смеет ответить "нет"? |
| Have you really committed the crimes of which you are accused?' | Значит, вы действительно совершили все, в чем вас обвиняют?" |
| The count looked around him with an expression which might have softened tigers, but which could not disarm his judges. Then he raised his eyes towards the ceiling, but withdrew then, immediately, as if he feared the roof would open and reveal to his distressed view that second tribunal called heaven, and that other judge named God. | Граф обвел окружающих взглядом, отчаянное выражение которого разжалобило бы тигров, но не могло смягчить судей; затем он поднял глаза вверх, но сейчас же опустил их, как бы страшась, что своды разверзнутся и явят во всем его блеске другое, небесное судилище, другого, всевышнего судью. |
| Then, with a hasty movement, he tore open his coat, which seemed to stifle him, and flew from the room like a madman; his footstep was heard one moment in the corridor, then the rattling of his carriage-wheels as he was driven rapidly away. | И вдруг резким движением он разорвал душивший его воротник и вышел из залы в мрачном безумии; его шаги зловеще отдались под сводами, и вслед за тем грохот кареты, вскачь уносившей его, потряс колонны флорентийского портика. |
| 'Gentlemen,' said the president, when silence was restored, 'is the Count of Morcerf convicted of felony, treason, and conduct unbecoming a member of this House?'--'Yes,' replied all the members of the committee of inquiry with a unanimous voice. | "Г оспода, - сказал председатель, когда воцарилась тишина, - виновен ли граф де Морсер в вероломстве, предательстве и бесчестии?" "Да!" -единогласно ответили члены следственной комиссии. |
| "Haidee had remained until the close of the meeting. She heard the count's sentence pronounced without betraying an expression of joy or pity; then drawing her veil over her face she bowed majestically to the councillors, and left with that dignified step which Virgil attributes to his goddesses." | Г айде оставалась до конца заседания; она выслушала приговор графу, и ни одна черта ее лица не выразила ни радости, ни сострадания. Потом, опустив покрывало на лицо, она величаво поклонилась членам собрания и вышла той поступью, которой Виргилий наделял богинь. |
| Chapter 87. | X. |
| The Challenge. | Вызов |
| "Then," continued Beauchamp, "I took advantage of the silence and the darkness to leave the house without being seen. The usher who had introduced me was waiting for me at the door, and he conducted me through the corridors to a private entrance opening into the Rue de Vaugirard. | - Я воспользовался общим молчанием и темнотой залы, чтобы выйти незамеченным, - продолжал Бошан. - У дверей меня ждал тот самый курьер, который отворил мне ложу. Он довел меня по коридорам до маленькой двери, выходящей на улицу Вожирар. |
