| "My dear friend," said the baroness, while the two young people were shaking hands, "I and Eugenie are come to be the first to announce to you the approaching marriage of my daughter with Prince Cavalcanti." | - Дорогой друг, - сказала баронесса, меж тем как девушки взялись за руки, - я приехала к вам вместе с Эжени, чтобы первой сообщить вам о предстоящей в ближайшем будущем свадьбе моей дочери с князем Кавальканти. |
| Danglars kept up the title of prince. | Данглар настаивал на титуле князя. |
| The popular banker found that it answered better than count. | Банкир-демократ находил, что это звучит лучше, чем граф. |
| "Allow me to present you my sincere congratulations," replied Madame de Villefort. "Prince Cavalcanti appears to be a young man of rare qualities." | - В таком случае разрешите вас искренне поздравить, - ответила г-жа де Вильфор. - Я нахожу, что князь Кавальканти - молодой человек, полный редких достоинств. |
| "Listen," said the baroness, smiling; "speaking to you as a friend I can say that the prince does not yet appear all he will be. | - Если говорить по-дружески, - сказала, улыбаясь, баронесса, - то я скажу, что князь еще не тот человек, кем обещает стать впоследствии. |
| He has about him a little of that foreign manner by which French persons recognize, at first sight, the Italian or German nobleman. | В нем еще много тех странностей, по которым мы, французы, с первого взгляда узнаем итальянского или немецкого аристократа. |
| Besides, he gives evidence of great kindness of disposition, much keenness of wit, and as to suitability, M. Danglars assures me that his fortune is majestic--that is his word." | Все же у него, по-видимому, доброе сердце, тонкий ум, а что касается практической стороны, то господин Данглар утверждает, что состояние у него грандиозное, он так и выразился. |
| "And then," said Eugenie, while turning over the leaves of Madame de Villefort's album, "add that you have taken a great fancy to the young man." | - А кроме того, - сказала Эжени, перелистывая альбом г-жи де Вильфор, - прибавьте, сударыня, что вы питаете к этому молодому человеку особую благосклонность. |
| "And," said Madame de Villefort, "I need not ask you if you share that fancy." | - Мне незачем спрашивать вас, - заметила г-жа де Вильфор, - разделяете ли вы эту благосклонность? |
| "I?" replied Eugenie with her usual candor. "Oh, not the least in the world, madame! | - Ни в малейшей степени, сударыня, - отвечала Эжени с обычной своей самоуверенностью. - Я не чувствую никакой склонности связывать себя хозяйственными заботами или исполнением мужских прихотей, кто бы этот мужчина ни был. |
| My wish was not to confine myself to domestic cares, or the caprices of any man, but to be an artist, and consequently free in heart, in person, and in thought." | Мое призвание быть артисткой и, следовательно, свободно распоряжаться своим сердцем, своей особой и своими мыслями. |
| Eugenie pronounced these words with so firm a tone that the color mounted to Valentine's cheeks. | Эжени произнесла эти слова таким решительным и твердым тоном, что Валентина вспыхнула. |
| The timid girl could not understand that vigorous nature which appeared to have none of the timidities of woman. | Робкая девушка не могла понять этой сильной натуры, в которой не чувствовалось и тени женской застенчивости. |
| "At any rate," said she, "since I am to be married whether I will or not, I ought to be thankful to providence for having released me from my engagement with M. Albert de Morcerf, or I should this day have been the wife of a dishonored man." | - Впрочем, - продолжала та, - раз уж мне суждено выйти замуж, я должна быть благодарна провидению, избавившему меня по крайней мере от притязаний господина де Морсера; не вмешайся провидение, я была бы теперь женой обесчещенного человека. |
