Старпом — единственный на корабле, кто по какой-то причине успел надеть штурмовой доспех, держался возле реактора до последнего, и в отчаянном сопротивлении сумел уничтожить или сильно повредить двух паукообразных автоматонов. Последняя из уничтоженных монстров-машин застряла в разорванной в клочья броне.
— Что это за дрянь такая… — с отвращением произнёс Таран. — Вот вроде не слишком большие, но… сколько их тут вообще было?
— Десяток. Может, больше, — ответил я, выдернув застрявший механизм, затем вскрыл клинком корпус и вынул чуть светящийся кристалл. — Крупный, карат десять. Если найдёте повреждённые механизмы — вынимайте камни. Ну, и сами тушки не забывайте, нужно отправить их на исследование.
— Как ты вообще узнал, что они там внутри? — спросила Мария.
— Это довольно просто, увидел в истинном… — я замолчал на полуслове, ощутив возрастающее чувство опасности. Ещё далёкое, но с каждой секундой приближающееся. Мощное и неотвратимое.
— Ангела, приём. Что на радарах? — спросил я.
— Чисто. И на пассивном, и на активном. — ответила Ангелина, в голосе которой послышалось беспокойство. — Думаешь, саботаж?
— Не знаю, но рисковать мы не станем, — сказал я, экстренно деактивируя резонансный реактор и вынимая центральные стержни, чтобы его нельзя было использовать. — Собираемся, идём по нижней палубе, маловероятно, но вдруг кто-то выжил.
— Принято. За мной, — скомандовал Таран, выдвигаясь вперёд. Теперь мы подсвечивали каждый тёмный уголок и каждую развилку, но чувство опасности не ослабевало, а потому я создал поверх штурмового доспеха несколько сфер. На мгновение стало чуть легче, а затем тактические наушники выделили тихий металлический цокот. Словно кто-то несколько раз ударил острым гвоздём по листу стали.
— Внимание, оружие с предохранителей, — распорядился я, сам доставая пылившийся в набедренной кобуре гранатомёт и досылая в ствол разрывной патрон.
— Движение! — крикнула Мария, и в ту же секунду её наплечная пушка выдала длинную очередь поверх голов. Одна из стенных панелей рухнула, и из-под неё на нас бросилось сразу несколько механических тварей. В ту же секунду сорвались вентиляционные решётки, и на нас обрушился целый поток стальных монстров.
Первого же паука я встретил выстрелом гранаты в упор, камеры на мгновение ослепли, но я уже ударил прессом, пытаясь отбросить противника. Конструкт просуществовал лишь долю секунды, разрушившись от когтей очередного паука, но некоторых из механизмов удалось отбросить, и даже частично повредить.
Передо мной грохотала пулемётом Маша, отбиваясь от наседавших пауков. Чуть дальше — сражался с тварями прижатый к стене Таран. За спиной орали штурмовики, одного из которых уже повалили на землю и уже принялись раздирать когтями. Тварей было слишком много, они были слишком юркие, и мы никак не успевали уничтожить их всех.
— Замерли! — скомандовал я, и в ту же секунду ударил бомбами в обе стороны. Ударная волна в замкнутом пространстве раскидала своих и чужих, уничтожив лёгких тварей и существенно повредив оружие наших бойцов, но свой цели я добился — теперь по коридору можно было двигаться и стрелять, неё опасаясь задеть союзников. Но у меня ещё оставалось более подходящее для узких пространств оружие.
Клинок вспыхнул, освещая синим пламенем искорёженные металлические панели. Враги, видимо, определив главную угрозу, бросились на меня со всех сторон, но это стало последней ошибкой их электронных мозгов. Пылающее лезвие на лету разрубило самую крупную тварь, и её когти пролетели по обе стороны от меня.
Тут же вновь застрочил наплечный пулемёт Марии. Несколько прижатых прессом тварей разнесло на запчасти. Затем громыхнула однозарядная пушка, и очередной механическое чудище растаяло в огненной вспышке. Тварей всё ещё оставалось слишком много, но выигранная секунда спасла множество жизней.
— К стенам! — вновь приказал я и ударил ещё раз. Бомбы сумели вынести нескольких монстров из коридора, отбросили остальных и позволили переломить ситуацию. — Спина к спине!
— Есть! — рявкнул Таран, и мы втроём собрались в кучу. Бурят перекрывал щитом нижнюю часть коридора, Мария простреливала и откидывала прессами верхнюю, а я прикрывал им спины, расправляясь с врагами, прущими из вентиляции и инженерных коммуникаций. Постепенно казавшийся неостановимым поток стихал, пока наконец твари не начали выскакивать по одной, и тогда я решился на безумие — отбросив с дороги выживших бойцов, ударил несколькими волнами прессов подряд.
Конструкты пронеслись по коридору, выворачивая торчавшие из стен обломки и сметая механических тварей в одну кучу. Подсказывать не пришлось, отряд ударил по сгрудившимся врагам из всех стволов, и ни одна из тварей не сумела уйти целой.
— Что это, чёрт возьми, было? — выдохнул один из бойцов.
— Это был враг, — коротко ответил сохранявший невозмутимость Таран. — Собраться! Мы идём наружу. Спину прикрываем, не спать!
