– Я знаю твою семью, – продолжала она. – Они секретничают, они очень много скрывают от тебя. Если ты согласишься, то Хило отпустит тебя. Но сперва Хило скажет тебе кое-что. Она даст тебе мудрость и правду. Посмотрим, сколько правды ты выдержишь.
– Но зачем? Какая тебе разница, научусь ли я магии, узнаю ли я семейные тайны?
– Затем, девочка, что хочу сделать им больно. Им будет хуже, чем ты думаешь. Такую боль не причинишь, убивая. Пусть они увидят себя в зеркале ненависти твоих прекрасных зеленых глазок. Вот тогда ты и поймешь, что к чему, девочка.
Хило скривилась, и в уголках ее рта выступили морщины. Внезапно она зашипела, и кошка прижала уши.
– Я не хочу причинить им вред. Мне все равно, что они там сотворили, – бросила я.
– Ты говоришь так, но ты ошибаешься. Тебе пока неизвестно, что они сделали с Хило и с
Хило щелкнула пальцами, и все погрузилось во тьму. Я повернулась назад, чуть было не оступилась и наткнулась на выключатель. Включив свет, я едва не грохнулась на пол от шока. Стул исчез, как и стены зелено-голубого цвета. Я оказалась в тайной комнате, бельевой на верхнем этаже дома, в котором я выросла. Хило продемонстрировала мне, на что способна. Если она может проникнуть в наше жилище, силы у нее предостаточно, заемная она или нет.
Я кинулась в спальню и услышала голоса, доносившиеся с первого этажа. Думаю, я долго отсутствовала, но, очевидно, поминальная трапеза была в самом разгаре. Я грохнула дверью и попыталась отдышаться. Конечно, это не удержит Хило, но, по крайней мере, заставит родственников уважать мое право на уединение. Заметила светящийся индикатор цифровых часов и ахнула. С того момента, как я увидела дедушку Адама Кука на кладбище, прошел всего час. Неужто магия исказила время, или мое восприятие исказил страх?
Скинув черную траурную одежду и пообещав себе ее сжечь, я села на край кровати, уставшая как никогда. Может, Хило «позаимствовала» часть моей жизненной силы, чтобы устроить колдовское представление? Очень захотелось минут десять полежать, и я не чувствовала в себе сил сопротивляться этому желанию. Плюхнувшись на постель, я закрыла глаза. Но открыла их спустя несколько секунд. К моему изумлению, часы показывали, что прошло целых два часа. Кожу слегка покалывало, голова кружилась, меня подташнивало. Предметы в поле зрения множились, будто существуя одновременно в нескольких местах. Хило явно использовала мощное заклинание, моя потеря ориентации была знаком того, что время постепенно возвращается в естественное русло. Если верить тому, что всегда заявляли мои родные, подобные манипуляции были далеко за пределами возможностей Хило. Значит, она нашла источник энергии. Возможно, даже добилась того, что мое отсутствие никто не заметил, хотя, скорее всего, лишь желала поразить меня своим могуществом. Иногда я ненавидела магию, в особенности когда становилась объектом ее применения.
Я слышала, как на первом этаже галдят люди. Большинство приглашенных наверняка скоро попрощаются и разъедутся по домам, но «близкий круг» родственников не покинет дом, пока не будет выбран тот, кто сменит Джинни. Новый якорь. Сбежать бы, но куда? Судя по ловкости Хило, на улицах Саванны я буду в такой же безопасности, как и здесь. Мелькнула мысль насчет Питера, но ему еще пару часов работать, а я не хотела создавать ему проблемы с начальством.
Хотелось вернуться в нормальную, обычную жизнь, если только это возможно. Сейчас – начало третьего, значит, у меня есть время, чтобы потихоньку улизнуть. Приду, когда соберутся проводить жеребьевку. А чтобы миновать семейное сборище, можно выбраться через окно.
Скатившись с кровати, я встала и подошла к зеркалу. Все пряди растрепались и запутались, так что я принялась их расчесывать. Приведя голову в относительный порядок, снова заколола волосы в хвост. К вечерней церемонии расчешусь получше и приоденусь.
Натянула старую футболку, удобные шорты и распахнула окно. В комнату ворвался поток горячего воздуха. Я глубоко вздохнула и буквально нырнула головой вперед, с ощущением того, что влезаю в печь. Ухватившись за раму правой рукой, перекинула наружу ногу. Поставив ее на карниз, вылезла целиком, аккуратно наклонилась и закрыла окно, напоследок оставив узкую, но удобную щель для пальцев.
Шипы бугенвиллей так и норовили впиться в мою кожу, но опыт, приобретенный в подростковом возрасте, меня не подвел. Я спустилась на землю без единой царапины. Услышав, что кто-то разговаривает у крыльца, внимательно огляделась на случай, если кое-кто из гостей окажется на моем пути к гаражу. Никого не увидела и начала осторожно пробираться туда, чтобы взять велосипед.
