— То есть ты просто так поставишь меня на путь растления и будешь ждать, пока я начну торговать с «вольными» по дороге нашей тушёнкой?
Он был первым из команды, кто назвал адмирала на «ты» после вольности Зёмы. Похоже, тенденция, решил адмирал. Но акцентировать на этом внимание не стал.
— Если на артефакты из зон аномалий, то я поддерживаю торговлю, — донеслось в проходе от Зиновия. Он приблизился к адмиралу и честно сказал: — Можно выменять на что-нибудь полезное. Похоже, ваш Седых рассчитывал не только на торговлю оружием с прочими анклавами. Аппаратура достаточно сложная, чтобы находить все искривления магнитного поля. По мнению наших учёных, они должны были появиться после Катастрофы. Но обычно люди их не чувствуют. А вот техника и роботы — запросто.
Брусов замолчал, переваривая сказанное. По анклаву ходили легенды о странных вещах, которые иногда приносили рейдеры. Их находили не в схронах, а на поверхности или закопанными в снег. Предметы с необычными свойствами, впрочем, за пределы лабораторий никогда не попадали. А вот со странным поведением роботов адмирал встречался не раз. То ходили как пьяные, то лежали на боку, дрыгая конечностями, то крутились на месте. Такую технику, в том числе и Искателей, легко добивали и разбирали на запчасти, которые тоже несли в лаборатории.
— Всем проснуться и за работу! — закричал на весь вагон адмирал. — Высыпаться будем в Хабаровске! Шевелимся! Активней!
На улице было плюс три по Цельсию. Так показывал наружный термометр за лобовым стеклом паровоза. Об этом сообщил разбуженный Кузьмич. Стоило адмиралу выйти на улицу, как по ощущениям показалось, что гораздо холоднее: ветер промораживал насквозь, хлестал по лицу дождь и оставалось только съеживаться и кутаться в куртку. Утро добрым назвать язык не поворачивался.
Чернявый коротыш Богдан Бессмертных прыгал на месте, подсвечивая фонариком что-то на земле.
— Батя, смотри что нашли. Свежак.
Брусов подошёл и пригляделся — на земле были свежие следы, которые давно бы смыло дождем, если бы не одно «но» — они были огромного размера. По набежавшей луже бывалые охотники могли бы сказать, что это лапы хищника из семейства кошачьих. Но даже у тигра не могло быть таких следов по определению. Судя по глубине следа, зверь весил не меньше автомобиля.
— Вот это поворот! Искатель! Отряду бегом в состав!
Людей не надо было просить дважды. У страха глаза велики. Когда же видишь доказательства воочию, то страшно вдвойне.
Кузьмич повёл поезд самым тихим ходом, бурча, что так они больше угля сожгут, чем толково потратят тягу на дорогу.
— Подумаешь, Искатель. Тот же зверь. Из леса что только после Катастрофы не выходило. Людей надо бояться.
Пий рядом с ним и не спорил, безразлично кидая уголь в печку. Парень больше думал о геркулесовой каше с тушёным мясом, которую, по слухам с «кухни», варила сегодня Алиса. Поговаривали, что от неё мышцы растут, и внуку машиниста во что бы то ни стало хотелось срочно побольше мышц, чтобы легче справляться с работой кочегара. Мысль о металлическом кошаке размером с дом, бродящем где-то вокруг состава, аппетит совсем не отбивала. Из состава выходить кочегару было не нужно.
— Старый лес — он добрый, предсказуемый и понятный, — ответил машинисту Брусов. — Новый лес полон, пожалуй, только Искателей. А на роботов с дробью не пойдёшь.
Ещё до рассвета «Варяг» преодолел с десяток километров. Экспедиция проскочила мёртвую станцию Надеждинская, от которой даже остова не осталось. Ничего странного не происходило и вообще казалось, что всё живое вокруг попряталось, непривычное к дождю. Когда же солнце обозначило своё присутствие, запутавшись в низких тучах, и мир стал более сер, чем темен, Брусов оставил смотреть за дорогой лишь Кузьмича. Всех прочих, кроме техников, ждал горячий завтрак.
Технари же лишались завтрака до той поры, пока пулемётные турели не получат навесов для дежурств под дождем. Эта недоработка конструкторов могла закончиться фатально если не для самих дежурных, то для крупнокалиберных орудий точно. А как показал случай с бандитским редутом, пулемёты могли вскоре понадобиться. При этом навес должен был ни в коем случае не мешать основной конструкции складываться, а также не сильно выпирать. Мало ли по каким туннелям придется ездить? Так что задача перед технарями стояла непростая.
От чертежей быстро перешли к делу. Когда над пулемётами появились защитные навесы и с кашей расправились последние техники, Кузьмич остановил локомотив. Все три рации по вагонам передали зычное:
— Ребята, вынужден вас снова намочить. На пересечении рельсополосы с дорогой рельсов нет. Воронка от взрыва есть, а рельсов нет. От поселка Раздольного до станции Раздольное немного не доехали. Видимо, кто-то подорвал машину на переезде.
— Группе Сергеева и людям Алфёрова построиться, — велел Брусов по рации, собираясь и сам прогуляться.
