Зёма не сразу понял, почему стало тихо. Звуки в какой-то момент пропали. Видимо, после взрыва были проблемы с ушами. Или стрельба над ухом была слишком громкая. Нет, бред. Звуки были. Медик слышал собственное дыхание. Вот же — вдох-выдох. Посмотрев на уставившихся в одну точку людей, Зиновий повернулся.
Их показалось сразу трое. Неясные мощные силуэты выступали из тьмы, поражая своими размерами. Три титана. Макушки больших голов как раз касались потолка схрона, а в ширину тела были поперек себя шире. Огромные серые твари, в каждой из которых могло поместиться с полсотни черных «деток», внушали страх. Ходячие громады могли растоптать человека и не заметить.
Резануло по слуху. Этот звук был ни на что не похож. Ни писк, ни крик. Ультразвук? Нет, люди не могли его слышать.
В голове зафонило. Зёма расслышал лишь начало этого звука, затем все звуки пропали. Огромные клыкастые пасти громадин теперь открывались беззвучно. Медик увидел, что эти существа каким-то образом глушили всех. Но не мог понять свойств этой глухоты.
«Так вот они, кукловоды. Не один. Три. Триумвират чёрно-белой армии. Волнами нас глушит?» — подумал Зиновий.
На голову словно шлем надели и принялись по нему стучать. На виски надавило так, что из носа потекла кровь. Звон в ушах усилился многократно, и жутко затошнило. На медика накатила такая слабость, что сложно стало и пошевелиться. Скальпель выпал из ослабевших рук.
Существа надвигались на людей, неспешно переставляя ноги-колоды. Удары мощных лап расшвыривали полки, отбрасывали ящики. Ком снега с замороженными тушами людей был уничтожен одним ударом крайнего правого существа. Двигались титаны медленно, неторопливо, но в поступи этих гигантов чувствовалась неприкрытая мощь.
Рядом с Зёмой замелькали огоньки света. Глюки? А, нет, это Гордеев открыл огонь из пулемета. Рты людей беззвучно открывались. У некоторых побольше сил. Терпят боль, дают отпор.
— Вывозите, бойцы, вывозите, — сказал одними губами Зёма.
Ему было невыносимо плохо, подкашивались ноги, болело все тело.
Брусов затряс за плечо. Зёма смотрел на него и не мог понять, зачем они живут в этом мире, зачем цепляются за свои жалкие жизни?
«Зачем нам эта война? Мы все равно все будем похоронены в этой общей могиле». — мелькали обреченные мысли.
Ленка рядом присела на колено и одну за другой выпустила все пули из обоймы в «лицо» одного из монстров. Он схватился за голову огромными руками, припав на мощное колено, но тут же поднялся, вновь продолжая идти.
Титана остановила только граната. Майор швырнул её прямо за спиной монстра и того откинуло вперед взрывом, нашпиговав осколками спину и нижнюю часть тела.
Больше он не поднялся.
«Слабая система противовесов. Неустойчивая конструкция», — решил Зёма и закричал в озарении, не слыша себя:
— Это роботы! Атакуйте со спины и с боков! Раскачайте их! Ноги — слабое место. Головы и перед защищены лучше всего! Бесполезно! Сбоку хреначим!
Зиновий не знал, услышали ли его. Но двух других титанов довольно шустро покромсали разрывные пули крупнокалиберных винтовок, высекая дыры в нижней части титанов, когда люди обошли их с тыла. Оставшиеся на ногах военспецы подошли вплотную и почти в упор изрешетили неповоротливые громады.
Последний падающий титан зацепил второго снайпера группы. Мощный кулак фактически вбил бойца в землю, размазав страшным прессом человека в груду переломанных костей, плоти и крови. «Винторез» и тело фактически слились в одно целое.
— Вечная память, Егоров! — услышал Зёма.
Слух вернулся, едва пал последний титан.
При виде потери Ленку вывернуло наизнанку. Прочие испытали меньший шок, и без того измотанные этой затянувшейся битвой. Люди слишком устали, чтобы реагировать. Головная боль, тошнота и слабость были меньшими из зол, обрушившимися на группу.
Брусов как заведенный стал хлестать по щекам Зёму, пока тот не сфокусировал взгляд перед собой и не стал материться в ответ, выпалив:
— Для человека с сердечной недостаточностью ты слишком шустрый, батя!
Группа приходила в себя почти полчаса, ползая впотьмах на четвереньках. Люди стенали от головной боли, их рвало. Утешало лишь, что это не результат радиационного заражения. Счетчики Гейгера почти спали.
Последствия жуткой «речи» исполинов отзывались фоном в ушах и пульсацией в висках. Всё походило на хроническую мигрень, если бы новый мир ещё помнил это выражение.
— Какое-то акустическое оружие, не иначе, — пришёл к первому выводу Демон, отчаявшись вскрыть бронированную шкуру титанов.
Скальпель не брал закалённый металл. По отверстиям, созданными гранатами и бронебойными пулями, можно было сказать, что титаны представляли собой роботов-контроллеров. У одного из них со спины даже обнажился большой аккумулятор. Дема безошибочно обнаружил в нем банк хранения энергии. Огромная ёмкость, впрочем, никак не совпадала с возможностями заряжающих устройств. Проще говоря, титану неоткуда было брать столько энергии из современного мира, разве что у ядерного реактора, но те встали после запуска ракет.
