«Сергеев снова прав. Снайпер в темноте без прибора ночного виденья не помощник, да и полуживой от усталости доктор с заплетающимися ногами — хреновое подспорье адмиралу», — вновь подумал Брусов, слабо улыбаясь.
Группа оттянулась назад, оставив троих заградотрядом перед волной чёрных монстров. У прочей группы задача была другая — дойти до состава.
«Сергеев опытный, сильный — выведет. Даже голого деда на пинках, на криках, но доведет», — думал Брусов, про себя уже понимая, что ему не хватает дыхалки дойти до «Варяга». Просчитался, переоценив силы.
Интуитивно Демон встал с Богданом плечом к плечу, одновременно открывая огонь из автоматов. Рыжий подземник тяжело дышал. Парень держался из последних сил, восстанавливая дыхание. Стёкла на противогазе запотели. Пот бежал по лицу, глаза щипало от этой липкой, едкой жидкости. Моргание не спасало. Вроде не был ранен, но замаялся бегать вдоль группы туда-сюда, помогая то одним, то другим. Плюс дозор, обмундирование и рюкзаки довели до того, что ноги просто гудели, а под «саламандрой» кожа намокла. Костюм не справлялся с отведением пота. И до ужаса было тяжело дышать в противогазе. Но снять нельзя — стрекотал счётчик Гейгера.
Ребята с частично порванными костюмами химзащиты и так хватали немалое облучение. Спасет ли жалкая попытка их заштопать в бункере? Конечно, нет. Герметичность нарушена. Но об этом на данный момент никто не думал. Пока дышали, надо было действовать.
Один из солдат Сергеева, отступая, завозился с подзаводкой фонарика. Стреляли фактически на звук во тьму, скашивая наседающую волну. Но все звуки утопали в дожде. И свет от фонаря слишком поздно обозначил белесую тварь. Одна из белых затесалась среди чёрных «детей». Одна… затем другая… Они тут же кинулись на сержанта Сухомлина, наседая вместе с чёрными. Сначала белая тварь впилась солдату в руку, затем чёрный «ребенок» потянулся хилыми ручками с острыми когтями к животу сержанта.
Крик бедняги был ужасен. Богдан короткой очередью скосил терзающую руку солдата тварь. Демон запоздало размозжил голову чёрному монстру. Запоздало, потому что вторая гладкокожая белая тварь в несколько мгновений прокусила костюм сержанта выше груди над броником и впилась в горло служилого. Взгляд метался под противогазом в отсвете фонаря. Боец завалился на землю, пытаясь встряхнуть верткого монстра, но эта пиявка была скользкой и своего не упускала.
— Не-е-ет! — заорал адмирал, тратя несколько пуль на уже бездыханную тварь.
Богдан прикончил её чуть раньше. Тут же об этом пожалел, так как ещё трое появились из пелены дождя и бросились на самого Брусова. Пришлось почти заставлять себя отпускать палец с курка, чтобы водить дулом и нажимать вновь. Жажда мести за убитого товарища, что заволокла сознание Кая, толкала его просто стрелять и стрелять в одну точку, наблюдая из-под капюшона, как поток пуль пробивает тонкую шкуру шустрых тварей.
За тремя убитыми показался ещё десяток врагов.
— Батя, прикрывай! Перезаряжаюсь! — закричал Богдан, первым принимаясь менять обойму.
Твари умело брали в кольцо. Каждая последующая, казалось, была крупнее предыдущей. Перед тем, как сменить обойму, Демон бросил в наседающую толпу трофейную осколочную гранату, добытую в бункере. Та упала за чёрными и белыми телами, раскидывая их взрывной волной, вдоволь нашпиговав осколками. Мысль о том, что могло прилететь и самим членам группы, пришла гораздо позже. Сейчас же просто хотелось уничтожить их как можно больше.
Надежда, что удастся выжить, таяла с такой же скоростью, с какой зрение выхватывало появление белесых тварей вокруг. Верткие, опасные, те отрезали людей от состава.
Сколько бы трое «заградотрядовцев» не стреляли, количество монстров только удваивалось, словно из каждого уничтоженного появлялись двое. Жуткий древнегреческий миф о Лернейской гидре во плоти! Антураж вполне подходил для любых кошмаров. Разбушевавшаяся фантазия готова была поверить во что угодно.
Отступая шаг за шагом, трое отошли по шпалам метров на тридцать по одной колее. Главное было не выступать за рельсы: вот-вот должна начаться зона минирования… И вправду, первый монстр вскоре зацепил растяжку. Взрыв разметал десятки монстров, ткнув в спины людей взрывной волной. Следующий монстр наступил на мину следом, и пришлось пригнуться, опасаясь осколков.
— Все, батя. Доигрались, — резюмировал Богдан, бросая в пирующих над телом собрата тварей гранату.
Взрыв раскидал по путям их останки.
— Дайте рожок, — донеслось от Демона.
Богдан кинул последний, оторвав изоленту с руки.
Отступали медленнее, чем усиливался напор. Брусов всё же надеялся, что основная группа отошла достаточно далеко.
— Надеюсь, мы дали им время.
— Не ной, батя, прорвемся, — как-то слишком уверено ободрил Демон.
Даже сам почти поверил в свои слова. Так, наверное, и должно питать надежду, пока разум не верит в успех, намекая, что нет шансов.
