Осторожно ступая по влажному каменному полу расширяющегося коридора, Ачек и Тормуна вошли в огромный зал, освещенный десятками факелов, которые, играя с тенями, окрасили все вокруг в багрово-черные тона. Зловещая атмосфера и спертый воздух не давали расслабиться ни на мгновение. Царство владыки внушало священный трепет и отвращение одновременно.
Из-за расставленных вдоль стен зала столов настороженно вставали сектанты, выходя навстречу Мелкой и ее подозрительному спутнику. На лицах смертепоклонников отчетливо читались неприязнь и недоверие. Если бы не Ана и не инициационные одеяния, то По-Тоно был бы уже мертв.
— Эй, ну-ка разбежались все! — деловито отдала распоряжение Тормуна. — Повылезали тут! Быстро-быстро! Сейчас принцесса На-Резка вас на место поставит, ничтожества!
— Замолчи, Мелкая, — пренебрежительно отмахнулся от нее один из сектантов. — Кого это ты притащила в святилище Нгахнаре?
— Новенький, — обиженно буркнула в ответ Ана.
— Почему он один? Где те, кто следил за ним на пути Умирающего?
При таком освещении Ачек не мог отыскать в толпе смертепоклонников тех пятерых, кого он видел на собственном обряде посвящения, даже если бы очень сильно захотел. К тому же их лица были скрыты глухими капюшонами. К счастью, они сами узнали его, и опасность снова миновала. Наверное.
— Это правда, он наш неофит, я шел за ним, — просипел знакомый старческий голос. — Но странно, что он остался жив…
— Дайте посмотреть, — из толпы выбрался сектант-коротышка и стал внимательно разглядывать Ачека. — Да, действительно он. Когда мы его видели в последний раз, вчера, он валялся закутанный в эти тряпки и истекал кровью. Я немного переборщил и вонзил церемониальный нож слишком глубоко, к концу обряда он уже одной ногой в могиле был.
— И почему вы его там бросили? — поинтересовался кто-то с задних рядов.
Низкорослый начал мяться и бормотать несвязную чепуху. Наверное, они своим уходом как-то нарушили порядок посвящения. Ему на выручку пришел старик с сиплым голосом:
— Путь Умирающего заканчивается либо посвящением, либо смертью идущего. Этот парень прошел его, но он был уже наполовину мертв. Когда он перестал дышать, мы собрались оттащить его к ближайшему живому алтарю, но он внезапно захрипел и задергался. Чтобы не нарушать правила обряда, мы решили оставить его там и подождать спокойно здесь — слишком уж долго он умирал. А сегодня просто забрали бы труп. Разве мы как-то неправильно поступили?
"Значит, это происходило вчера, — подумал Ачек и еще раз прощупал под инициационным одеянием грубый рубец шрама на груди. — Такая рана затянулась за ночь? Не может быть. Надо срочно поговорить с их лидером, может быть, он сможет мне что-то объяснить…"
— Неправильно, — ответил первый спрашивающий. — Вы должны были находиться рядом с Умирающим до самого конца. Или начала. Кто еще с вами там был? Я должен все рассказать Мертвому Взору. А потом мы решим судьбу этого несчастного.
— Кроме меня и Варима, на вчерашнем посвящении были Карпит и Пирк, — пробормотал коротышка.
— А пятый? — вырвался вопрос у Ачека, хотя ему дали знать, что его жизнь висит на волоске.
— Пятый? — одновременно удивились сиплый и низкорослый сектанты.
— Да. Он подходил ко мне и, кажется, сказал что-то очень важное. Я бы хотел поговорить и с ним.
— Там были только мы вчетвером и ты, — раздраженно возразил старик.
— Вовсе не так.
Последние слова мягко растеклись по своду мрачного святилища смерти, а сказавший это человек неторопливо вышел из тени и двинулся прямо через почтительно расступающуюся толпу сектантов. Плотная повязка на глазах совсем не мешала ему идти уверенно, даже складывалось впечатление, что он внимательно разглядывает неофита. Мертвый Взор подошел вплотную к Ачеку и откинул в сторону полу одеяния Умирающего, демонстрируя всем смертепоклонникам иссушенную руку марийца.
— Наш владыка Нгахнаре почтил его своим присутствием и оставил этот знак! — торжественно объявил слепец.
Недоверие и неприязнь на лицах сектантов моментально растворились, все они с огромным уважением поклонились Ачеку. А он стоял и изумленно озирался, подмечая, как сильно изменилось отношение к нему за какое-то жалкое мгновение.
Но если слепой старик сказал правду, то количество вопросов без ответов увеличивалось в несколько раз. Однако как все же велика преданность всех этих людей Нгахнаре — только что они были готовы убить неофита всего лишь за небольшие неточности при посвящении, а теперь искренне выказывают ему почет, даже не подумав сомневаться в словах Мертвого Взора о знаке багрово-черного владыки на руке.
— Ух ты, я знала, я знала! — заверещала Тормуна в восторге. — А кто его привел? Тормуна Ана его привела, вот кто! Я! Ну, видите теперь? Кто еще приводил сюда отмеченных Нгахнаре? Никто! А Тормуна Ана привела!
— Успокойся, девочка, — сказал Взор и она послушно замолчала, хотя было видно, что едва сдерживала себя.
