— Именно. Быстрее свыкайся с мыслью и не заставляй меня повторять. Страх как этого не люблю.
— Вернуть Аррума назад как-то можно? Бога, там, попросить… наверное… — промямлила Фаерс, отупело глядя на принявшее обычный вид зеркало.
— Зачем? — поразилась Крис. — Оборотня здесь ничего не держит. Родственники и клан по сравнению с истинной парой — ничто. Он не сможет жить в трагирском лесу, оставив сердце на Земле.
— Звучит слишком высокопарно.
— Ничуть, — возразила Кристал. — Говорят, что в мире нет ничего вечного, так вот — истинные узы — исключение из правил. Их не разорвёт ни расстояние, ни даже смерть. Души познавшие счастье единения всегда будут тянуться друг к другу. Неужели вы этого не чувствуете?
— Ни капельки, — не сдавала позиций Мелани. — Аррум рвётся сюда.
— Раскрой для него свои объятия, — посоветовала Зельтайн.
«Дожили, соперницу приходится поучать». Внутри бултыхнулась осадочная муть чёрной магии, и Крис подавила её, переплетя пальцы в особый символ. Сомнительный подарок доставшийся от прапрадеда Тауруса давал о себе знать, когда она была морально или физически истощена. Кристал протерла зеркало и повесила его обратно на стену, мимолётно оценив своё отражение. Темноволосая ясноглазая и фигуристая — яркая по сравнению со светлокожей, невзрачной на её фоне гостьей. И всё же, поставь их рядом, волк выберет бледную поганку. Единящую силу истинности ничто не могло пошатнуть. Где справедливость?
— Аррум умный мальчик. Точнее, не мальчик, от этой проблемы я его избавила, — куснула Зельтайн Мелани, но та и бровью не повела, чем вынудила магичку продолжить: — Угости волка плошкой молока, он его любит, прогни спину, расстилая его постель, хищник и проявит себя.
— Ему нужна настоящая стая. А ты сама сказала, что детей у нас не будет, — отозвалась Фаерс, не реагируя на ехидные замечания Крис. — Перебрось Аррума на Нарлакс, здесь у него будет шанс обзавестись нормальной семьёй.
Кристал перестала притворяться, что поправляет криво висящее зеркало и резко повернулась к землянке.
— Ты не понимаешь, — весёлая издёвка из её голоса испарилась. — То, что ты делаешь — наглядное проявление истинности, Ты заботишься о потребностях пары больше, чем о собственных. Аррум будет делать так же. Он смирится или вы найдёте компромисс. Я же, знаешь, что хотела, пока не заглянула в его прошлое и будущее? — Зельтайн расправила плечи и взглянула на Мел с вызовом. — Собиралась опоить Аррума приворотным зельем и остаться с ним. Я чувствовала его боль, пропускала через себя, и была уверена, что смогу её притупить. Но когда к ней добавилась твоя — мне пришлось отступить и отпустить волка. Лишь ты, Зрящая, можешь сделать Аррума счастливым, так перестань натыкаться на стены там, где их нет, и приступай! — от непроизвольного магического всплеска фантом Мелани пошел рябью и, став прозрачным, истаял.
— Идиотка! — колени Кристал подогнулись, и она осела на пол, не сходя с места. — Когда же я научусь сдерживаться? — Закрыв глаза, она отыскала следы межпространственного перехода и облегчённо вздохнула, убедившись, что не забросила Зрящую в безвременье.
Через взыгравшую зависть Кристал не успела предупредить иномирную посетительницу, что у Аррума могут возникнуть проблемы с оборотом. Процесс переноса для двуипостасных был чреват «заеданием» механизма перехода в животный облик. Разложить на молекулы и сложить обратно человека Хэшрану было проще, чем зверолюда. Прийти в норму волк должен был после того, как окрепнет повреждённая долгой разлукой связь с его парой. Неудачи с оборотом обычно ввергали оборотней в панику и приводили к затяжной подавленности. Сие следовало знать и учитывать при общении с ними, дабы не задевать чувства ранимых в такой период избранников, ощущающих себя неполноценными. Вдобавок это служило своеобразным испытанием: не изменятся ли отношения в семействе, когда сильный партнёр станет слабым и беззащитным? Происходи всё вблизи, то такому повороту магичка была бы рада, но поскольку Аррум находился далеко и его возвращение было, увы, невозможным, причинять ему лишние страдания было неоправданной жестокостью.
Выброс энергии произошел, потому что Кристал внезапно поняла: оборотень поддался вовсе не на её чары, а оттого что неосознанно знал — его парой окажется одноипостасная. Вот он и попробовал предложенное, чтобы приноровится к человеческому телу и не ударить пред избранницей в грязь лицом. Чувство что её приняли за тренировочный плацдарм было столь неприятным, а ревность разрушительной, что молодая магичка не совладала с вырвавшейся сырой силой и поставила точку в диалоге со Зрящей раньше положенного. Теперь Зельтайн ничего не оставалось, кроме как уповать на то, что светловолосая, имени которой она так и не спросила, наскребёт в себе мужества для вторичного посещения её жилища. Тогда-то она наступит на горло гордости и постарается просветить девушку как положено, без избыточной эмоциональности.
