Утром Офелия застала на кухне бабку Фиму, пребывающую в печальной задумчивости. После вечерней медитации та пропустила свое традиционное чаепитие на рассвете и была сама не своя. Йогиня шастала по огороду Матвея. Она тоже была в печали и никак не могла понять, куда девался весь урожай. Йогиня придерживалась вегетарианской диеты и теперь недоумевала, чем ей питаться?
– Какие планы на сегодня, Фима? – поинтересовалась Офелия у бывшей свекрови.
Вопрос не вернул бабку в реальность. Она сидела, подперев лицо рукой, и молча глядя в одну точку. Вместо ответа, Фима запела на частушечный мотив песню:
Офелия покачала головой и сказала бабке, что медитация еще никого до добра не доводила. Она порылась в аптечке Матвея, нашла градусник, на всякий случай сунула его бабке подмышку и отправилась на работу. Доев по дороге ветчину, заботливо припрятанную в ридикюле с вечера, Офелия по пути заскочила в сельмаг, прикупила еще одну палку колбасы и тортик. Решила, что нужно сразу подружиться с коллективом.
Со своей бригадой она познакомилась еще в раздевалке, когда переодевалась в спецодежду. Три деревенские тетки с интересом рассматривала городскую фифу, которая променяла хорошую работу и городскую жизнь на деревню. Все трое беспокоились, что новая работница больна на всю голову, но быстро поняли, что это не так.
Офелия без особого труда вошла в доверие. Она была самой старшей в своей смене. Одна из упаковщиц, Татьяна, слыла местной красавицей. Она была невысокой, очень полной, но имела талию – достоинство, которым могли похвастаться немногие женщины за 40. Татьяна даже на работу ходила с железным обручем и каждую свободную минуту наводила эту самую талию.
Вторая упаковщица Маша была женщиной неопределенного возраста. Ей было 40 с хвостиком. У Маши имелось пять детей, четыре маленьких внука и большое хозяйство. Внешне Маша была щупленькой, замученной женщиной с видавшей виды химической завивкой на голове. Даже 15-минутный перерыв она использовала на сон, потому что остро ощущала нехватку этого самого сна.
Третья упаковщица была самой колоритной. Женщина лет 30, под 190 см ростом, весом не меньше 150 кг. У нее была короткая стрижка «ежик» и очень красивое лицо: соболиные брови, большие черные глаза. Но фигура портила все впечатление. Женщину звали Ларисой. Однако несколько лет назад она случайно сбила в цехе с ног маленького мужичонку, и он, больно ударившись об пол, завопил: «Это не Лариса, а какое-то Лариссооооо!» С тех пор все ее так и звали. Лариссо вечно была недовольна, смотрела на всех исподлобья и крайне презрительно относилась ко всем мужикам. Видимо из-за того, что они обходили ее стороной и не оказывали знаки внимания.
Офелия быстро сообразила, как с кем общаться в новом коллективе, и пригласила всех в обеденный перерыв на чаепитие с тортом и ветчиной. Предполагалось, что в первый день Офелия будет только наблюдать за тем, как работают другие, осваивать процесс упаковки круп и макарон. Но уже через полчаса она поняла, что в работе ничего сложного, и сама встала за упаковочный станок. Однако не проработала она и 15 минут, как в цех ворвалась шумная компания с камерами и осветительными прожекторами. Впереди толпы был Забубырзик, две какие-то расфуфыренные девицы модельной внешности, одетые в новую спецодежду. Возле директора крутился прыщавый паренек с хвостиком и серьгой в ухе, который сразу взял инициативу в свои руки и начал объяснять толпе: кому что нужно делать.
Офелию и других упаковщиц попросил освободить рабочие места и постоять в сторонке. Рядом с упаковочным станком поставили моделей и стали выстраивать свет. Прыщавый паренек достал из рюкзака косметичку и предложил Забубырзику припудриться. Антон Павлович категорически отказался. Видно было, что вся эта суета его нервировала, и он чувствовал себя не в своей тарелке. Паренек удивился отказу припудриться и начал доказывать, что все первые лица области так делают перед съемкой:
– Это нужно, чтобы не было бликов на лице. Губернатор на съемки в областную телекомпанию вообще со своей личной косметичкой приезжает, у него есть любимые марки тональных кремов и пудры!
– А-а-а вы и-и-и с гу-гу-губернатором ра-работаете? – удивился Забубырзик
– Конечно! – сказал преисполненный собственной важности паренек. – Девиз нашего PR-агентства: «Отпиарим всех»!
Забубырзик, услышав девиз, как-то еще больше погрустнел. А пиарщик уже показывал девицам-моделям, в каких позах нужно фотографироваться. Им дали в руки по пачке крупы и приказали изображать ударниц труда. Между девицами поставили напудренного Забубырзика, который совершенно померк в компании красоток. Модели с яркой внешностью явно доминировали в кадре.