…Еле дождавшись окончания рабочего дня, Офелия быстрым шагом вышла из ворот «Заготзерна» и устремилась на площадку перед автовокзалом. Именно там в деревне проходили все митинги и массовые мероприятия. Ридикюль она несла особенно бережно, потому что еще утром забежала в курятник и предусмотрительно положила туда несколько свежих яиц.
У ворот фабрики ее уже караулила бабка Фима. Подхватив Офелию под руку, она радостно семенила рядом и на все лады расхваливала своего кандидата. Они пришли на площадку перед автовокзалом, там собралось еще несколько десятков жителей деревни. Это были, в основном, пожилые женщины. Мужчины тоже пришли, но их было гораздо меньше. Многие люди радостно здоровались с Фимой, и Офелия поняла, что все они не устояли перед бабкиным агитационным напором.
– Даже ты пришел! – вскрикнула бабка Фима за спиной у Офелии. Та обернулась и увидела худого, давно немытого и небритого деда с наколками по всему телу и в неопрятной одежде. От деда разило самопальными спиртными напитками и было совершенно непонятно, как, находясь в продолжительном пьяном угаре, он заставил себя прийти на встречу с кандидатом.
– А я всегда в общении с женщинами придерживался правила: проще отдаться, чем объяснять, почему ты не хочешь, – вальяжно и с чувством собственного достоинства объяснил дед, перехватив недоуменный взгляд Офелии.
– Все ясно с вами, – сказала Офелия деду, а потом насмешливо обратилась к бабке: – Фима, самое время расчехлять пояс верности!
Но бабка Фима не слушала. Она увидела, как к площади подъехал кандидат на дорогом джипе и побежала ему навстречу. Мужик действительно был хорош: высокий, статный. Полы рубашки разъезжались над ремнем, обнажая пузцо благополучия, а блестящая лысина косвенно намекала на постоянные думы о народе.
Офелия встала позади толпы, чтобы кандидат ее не увидел. Она приметила, что поодаль, пытаясь прятаться за столбом, стоял какой-то паренек в кепке, натянутой на глаза. Офелия подумала, что где-то видела его раньше, но не вспомнила где. А кандидат тем временем встал посреди площадки, люди окружили его со всех сторон, и он начал знакомиться с потенциальными избирателями.
– Меня зовут Владимир, для тех, кто не знает, я руководитель крестьянско-фермерского хозяйства в соседнем селе. Сам создал свое дело, сам развивал его. Больше всего на свете я люблю свою работу и свою семью. Я всю жизнь женат на одной женщине, у нас трое детей…
В этот момент бабка Фима активизировалась и стала раздавать присутствующим листовки, на которых был изображен счастливый семьянин с какой-то толстой теткой и тремя разновозрастными детьми.
– А гражданские браки в своей биографии ты не учитываешь? – Офелия раздвинула толпу и вышла в центр к кандидату в депутаты.
Увидев ее, мужик обомлел и как-то сразу заволновался.
– Ну, здравствуй, Вова! – Офелия сложила колесом руки на груди, выставила вперед ногу и стала нервно отбивать такт.
Владимир нервничал еще больше. Сначала он хотел сделать вид, что не узнал женщину и даже промямлил, что его с кем-то спутали.
– Вот так, товарищи! – обратилась Офелия к присутствующим избирателям. – Сначала он воспользовался моей женской слабостью, охмурил, втерся в доверие, жил со мной и обещал жениться, а потом бросил ради какой-то тетки с деньгами и теперь, оказывается, что он сам создал свой бизнес!
Собравшиеся люди с интересом внимали тому, что говорит Офелия, начали шутить, задавать ей вопросы. А она, не стесняясь в выражениях, ругала весь мужской пол за измены и вранье. Владимир быстро пришел в себя от неожиданной встречи с бывшей гражданской женой и попытался исправить ситуацию:
– Офелия, вот так встреча! Сразу и не признал! Давай потом с тобой отдельно поговорим! Я здесь по другому вопросу.
– А у вас, проходимцев, так всегда! Поматросил и бросил. А чуть что: я ни я и здесь по другому вопросу, – выступала разгоряченная Офелия.
Деревенские тетки смеялись и требовали подробностей. Спрашивали у кандидата, сколько у него всего было браков?
– Насколько я знаю, не два и не три! – продолжала кричать Офелия. – И не стыдно, тебе, Володенька, честной народ обманывать? Читала я твои листовочки, аж всплакнула от умиления. Какой ты, оказывается, белый и пушистый!
– Да ты сама виновата, – занервничал кандидат. – Ни ступить, ни молвить! Еще и с ребенком неизвестно от кого! С такой как ты у меня не было никаких перспектив!
– Вы слышали, люди добрые! – завопила Офелия. – Мы, деревенские бабы, оказывается, неперспективные! Женится надо исключительно на богатых фифах и потом в грудь себя кулаком бить и всем доказывать, какой ты замечательный, за народ радеешь.
Собравшихся жителей крайне веселило выступление Офелии и вся комичность ситуации. Они уже не слушали кандидата в депутаты, а наперебой давали советы Офелии. Кто-то кричал, чтобы она подавала на алименты, кто-то предлагал требовать через суд моральной компенсации за причиненные страдания.