Грезы о любви (СИ) полностью

В поместье Рисанэ было необычайно шумно. И это учитывая, что глава семейства сейчас отбыл в Арле, его племянник учился в Академии Трех Солнц в далекой Рестании, а дочь почти весь день проводила в лечебнице гарнизона! А все из-за того, что Авелис, как любящая тетя, принимала у себя младшего из племянников — Ариса. После громкой пощечины на балу разразился не менее громкий скандал — Алеста постаралась, — поэтому Астера решила на то время, пока ее сестра бушует, исчезнуть. Дочь, с которой все началось, «несчастную» Амелию — или просто Мила, для своих — отправили в Рестанию, дескать, пусть поучится в Академии Трех Солнц, самом прославленном учебном заведении мира. Сама же Астера со своим мужем Винсентом и двумя старшими детьми — Адериэлем и Аритэлем — отправилась к Восточным горам, изображать бурную деятельность (хотя Авелис достоверно знала, что в тех местах сестра орков уже прижала, и присутствие генерала следопытов не является необходимостью). Самого же младшего сына в силу нежного даже для военных возраста отправили к любящей тетушке (естественно, имеется в виду не Алеста). Так Авелис стала нянькой маленькому племяннику. Вернее, себя Арис считал уже вполне взрослым — двенадцать весен сменил! — но характером он больше походил на шкодливого котенка. Неудивительно, если вспомнить его родителей. На них Арис очень походил: от матери ему досталась эльфийская стройность и изящество, а от отца — карие глаза и каштановые волосы. Ну и невыносимое (другими) чувство юмора. Хорошо еще, что свою тетю он любил, а то даже терпеливая Авелис не выдержала бы: с Эстель у нее никогда не было таких проблем. Невольно подумалось, что некоторая резкость и даже грубость в общении Астеры и Винсента с собственными детьми была оправдана — как по-другому воспитывать этих разбойников, Авелис не представляла. Эстель, видя это, лишь качала головой, а потом и вовсе заявила, что либо она уезжает в гости к Миратэ, либо у нее на одного кузена станет меньше — она не выдержит и придушит его собственными руками. Авелис смеясь отпустила дочь: она не была бы самой собой, если бы не придумала способ поладить с племянником. И правда, когда Эстель вернулась, в поместье Рисанэ царила тишина и покой.

— Ты все же последовала его совету и оборвала жизненную нить моего брата? — отстраненно поинтересовалась Эстель, входя в гостиную.

— Нет, милая, зачем так радикально? — с детским очарованием улыбнулась Авелис. — Я всего лишь помогла Арису послужить защите собственного королевства и отправила его в наш гарнизон.

— А если его там убьют⁈

— Элишэль приставил его помощником на кухне. Сомневаюсь, что там ему грозит смертельная опасность. От границы до поместья ближе, чем до гарнизона.

— Гарнизон — стратегический объект, на него нападение более вероятно, — проворчала Эстель, но уже менее воинственно.

— Значит, я исполню мечту племянника.

Девушка не выдержала и улыбнулась, глядя на довольную маму.

— Сразу видно жену генерала.

Авелис лишь по-девчачьи рассмеялась и, обняв дочь, отправилась на кухню, отдавать распоряжение об обеде. Эстель поднялась наверх, в свои покои, где могла спокойно обдумать произошедший между ней и Нейлином разговор…

…В поместье Миратэ царило уныние — это стало заметно, едва Эстель переступила порог знакомого с детства дома. Встретил старую подругу Нейлин, и его потухший взгляд совершенно не удивил эльфийку: она до сих пор внутренне клокотала, стоило только вспомнить бал. Надо было все-таки действовать по примеру кузины Милы и отвесить пощечину Лидэлю. И Линэль, раз уж она девушка — им ведь можно друг друга бить. Потому что принцесса и ее братья, по мнению Эстель, вполне это заслужили! Честно говоря, желание обсудить произошедшее на балу стало второй причиной «побега» девушки в соседнее поместье. В столице они с Нейлином больше не виделись: Миратэ уехали из Листерэля на следующее утро, а Эстель с матерью остались проводить отца в дорогу.