– Вот и ладно, – сказала Мин и, скрестив руки, снова стала следить за Рандом. – Думаю, это хорошо. Но должна признаться, мне не очень-то нравится мысль, что его придется с кем-то делить.
Авиенда замешкалась, потом снова окунула палец в ведро:
– Да и мне, вообще-то, тоже.
По крайней мере, ей не нравилась мысль делить мужчину с женщиной, которую она знает не слишком хорошо.
– Так как нам быть?
– Пусть все идет как раньше, – ответила Авиенда. – У тебя есть то, что ты желаешь, а я занята своими делами. Когда наступят иные времена, я дам тебе знать.
– Это… так честно и откровенно с твоей стороны, – заметила Мин, явно озадаченная. – А у тебя есть какие-то дела? Например, макать палец в бадьи с водой?
Авиенда снова вспыхнула.
– Да, – огрызнулась она. – Вроде того. Надеюсь, ты простишь меня.
Авиенда встала и, оставив бадьи, зашагала прочь. Она понимала, что совершенно напрасно вышла из себя, но ничего не могла с собой поделать. Мин, которая несколько раз напомнила ей о наказании. Собственная тупость, не позволяющая разгадать, чего добиваются от нее Хранительницы Мудрости. Ранд ал’Тор, то и дело влезающий в опасные передряги, в то время как сама Авиенда и пальцем не способна пошевелить, чтобы ему помочь.
Больше она не могла этого выносить. Стараясь держаться подальше от Ранда, сжимая и разжимая кулаки, девушка зашагала по бурой траве, через луг возле особняка. Если так пойдет дальше, Ранд заметит, что кожа у нее на пальце побелела и покрылась морщинами, и спросит, зачем она его в воде держала! А если выяснит, что такое наказание ей назначили Хранительницы Мудрости, то, пожалуй, учудит что-нибудь безрассудное и выставит себя дураком. Мужчины, они такие, а уж Ранд ал’Тор – в первую очередь.
Почва под ногами мягко пружинила, на бурой траве повсюду виднелись квадратные отпечатки на тех местах, где недавно стояли палатки, вокруг суетливо сновали мокроземцы. Авиенда прошла мимо выстроившихся в цепочку солдат – они перекидывали друг другу мешки с зерном и грузили их в повозку, куда были запряжены два тяжеловоза с мощными копытами.
Айилка продолжала шагать дальше, стараясь не разразиться проклятиями. По правде говоря, она себя чувствовала так, словно вот-вот сама учудит нечто «безрассудное», в духе Ранда ал’Тора. Почему? Почему она никак не может понять, что именно делает не так? Другие айильцы в лагере, по-видимому, тоже пребывали в неведении, хотя, разумеется, никто из них и словом не обмолвился с ней о наказании. Сама Авиенда хорошо помнила, как еще Девой Копья не раз была свидетельницей похожих наказаний, и никогда не забывала, что в дела Хранительниц Мудрости свой нос лучше не совать.
Обойдя телегу, она поняла, что опять идет навстречу Ранду ал’Тору. Он разговаривал с тремя квартирмейстерами Даврама Башира – на голову выше любого из них. Один из салдэйцев, с длинными черными усами, указал на коновязи и что-то сказал. Ранд заметил Авиенду и приветственно поднял руку, но девушка поспешно развернулась и заторопилась на северную сторону луга, туда, где располагалась лагерная стоянка Айил.
Авиенда скрежетала зубами, пытаясь – безуспешно – укротить собственный гнев. Но на кого ей злиться, если не на саму себя? Миру вот-вот настанет конец, а она проводит дни в наказаниях! Впереди она заметила небольшую группу Хранительниц Мудрости – Эмис, Бэйр и Мелэйн стояли возле груды свернутых коричневых палаток. Плотные, стянутые продолговатые тюки были оснащены ремнями, чтобы носить их через плечо.
Авиенде следовало бы вернуться к бадьям и удвоить свои старания. Но она не стала этого делать. Подобно ребенку, с одной палкой бросающегося на барханного кота, айилка, кипя от гнева, решительно зашагала к Хранительницам Мудрости.
– Авиенда! – окликнула девушку Бэйн. – Ты уже закончила с назначенным наказанием?
– Нет, не закончила, – ответила Авиенда, остановившись перед ними и уперев руки в бока. Ветер трепал ее рубаху, дергал за полы, но ей было все равно. Спешащие мимо обитатели лагеря обходили группу Хранительниц с Авиендой стороной – как айильцы, так и салдэйцы.
– И что? – спросила Бэйр.
– Не очень-то быстро ты учишься, – добавила Эмис, качая белоснежно-седой головой.
– Не очень быстро учусь? – возмутилась Авиенда. – Я выучила все, что вы от меня требовали! Я запомнила каждый урок, повторила все мне рассказанное, исполнила все поручения. Я ответила на все ваши вопросы и видела, как вы одобрительно киваете при каждом моем ответе!
Перед тем как продолжить, Авиенда ожгла взглядом каждую из Хранительниц Мудрости.
– Я умею направлять лучше, чем любая из живущих ныне женщин-Айил, – заявила она. – Я отказалась от копий, и я имею право на место среди вас. Я выполняла, что должна, и каждый раз добивалась чести. А вы все продолжаете назначать мне наказания! С меня хватит. Либо скажите, чего вы от меня хотите, либо отошлите прочь.
