Романда слушала, скрестив руки. Ее шатер освещали две медные лампы, язычки пламени подрагивали и трепетали. Историю беглянки слушали шесть женщин. Здесь была Лилейн – несмотря на все приложенные Романдой старания, чтобы та не узнала о собрании. Романда надеялась, что стройная Голубая сестра окажется слишком занята, наслаждаясь своим статусом в лагере, и не заинтересуется столь обыденным, по всей видимости, событием.
Поближе к Лилейн держалась Суан. Вот ведь прилипла, не отдерешь! Бывшая Амерлин впилась в Лилейн точно клещ. Романду весьма обрадовала новоприобретенная способность Исцелять усмирение – как-никак она ведь была из Желтой Айя, – но в каком-то уголке души жалела, что Суан Исцелили. Ей и с Лилейн хлопот хватало. Романда помнила о хитроумной натуре Суан, хотя чуть ли не все в лагере, казалось, о том позабыли. Пусть способности Суан в Силе снизились, умения плести интриги от этого меньше не стали.
Разумеется, присутствовала тут и Шириам. Рыжеволосая хранительница летописей сидела подле Лилейн. В последнее время Шириам как-то отдалилась и с трудом сохраняла присущее Айз Седай достоинство. Глупая женщина. Нужно бы сместить ее с поста хранительницы летописей; это понимали все. Если Эгвейн когда-нибудь вернется – а Романда лишь об этом и молилась, хотя бы только ради того, чтобы расстроить планы Лилейн, – вот тогда и появится благоприятная возможность. Обзавестись новой хранительницей летописей.
В числе собравшихся в шатре была Магла. Романда и Лилейн вступили в спор – держа себя в руках, разумеется, – о том, кто будет первой допрашивать Шимерин. Сошлись на том, что единственный устраивающий всех способ – сделать это вместе. Поскольку Шимерин была из Желтой Айя, Романда смогла созвать собрание у себя в шатре. Она испытала потрясение, увидев, что Лилейн приволокла с собой не только Суан, но и Шириам в придачу. Но ведь они никогда не уговаривались о том, сколько сопровождающих можно приводить с собой. Так что у Романды была одна-единственная Магла. Широкоплечая сестра восседала рядом с Романдой, молча выслушивая признания. Вероятно, Романде стоило послать еще за кем-то? Отсрочить встречу ради такого – дело обычное.
Вообще, происходящий разговор не слишком походил на допрос. Шимерин говорила свободно, не противясь вопросам. Она сидела на маленьком табурете напротив остальных. Подложить подушку она отказалась. Романде редко встречались женщины, столь же склонные к самоистязанию, как это бедное дитя.
«Нет, не дитя, – подумала Романда. – Полноправная Айз Седай, что бы она там ни твердила. Чтоб тебе сгореть, Элайда, за то, что одну из нас превратила в такое!»
Шимерин была из Желтой Айя. Чтоб оно все сгорело, она не была, она по-прежнему – Желтая сестра! Шимерин говорила уже битый час, отвечая на вопросы о ситуации в Белой Башне. Суан первая спросила, как той удалось бежать.
– Прошу простить меня за то, что стала искать работу в лагере и не пришла к вам, Айз Седай, – склонив голову, промолвила Шимерин. – Но я ведь сбежала из Белой Башни вопреки закону. Я – беглянка, как принятая, которая ушла без разрешения. Я знала – если меня обнаружат, то накажут. Здесь я осталась потому, что тут все знакомо и я не могу от этого отказаться. Когда пришла ваша армия, то мне выпал шанс подработать и я за него ухватилась. Но прошу вас, не заставляйте меня возвращаться. Я не представляю опасности. Я стану жить жизнью обычной женщины, стараясь не использовать своих способностей.
– Ты – Айз Седай, – произнесла Романда, старательно сдерживая раздражение, чтобы оно не прорезалось в голосе. Поведение и речи Шимерин придавали куда больше веры рассказам Эгвейн о правлении в Башне Элайды, явно стремящейся к абсолютной власти. – Несмотря на то, что там говорит Элайда.
– Я… – Шимерин просто покачала головой.
О Свет! Она никогда не была самой уравновешенной среди Айз Седай, но все же было потрясением видеть, как низко она пала.
– Расскажи про приречную калитку, – сказала Суан, подавшись вперед на стуле. – Где она находится?
– В юго-западной части города, Айз Седай, – ответила Шимерин. – Примерно в пяти минутах ходьбы на восток от того места, где установлены древние статуи Элейан ал’Ландерин и ее Стражей. – Шимерин замешкалась и вдруг как будто забеспокоилась. – Но калитка маленькая. Армию через нее не провести. Я узнала-то о ней лишь потому, что в мои обязанности входило заботиться о живущих рядом бедняках.
– Так или иначе, мне нужна карта, – промолвила Суан, потом взглянула на Лилейн. – По крайней мере, нам она, по-моему, не помешает.
– Разумная мысль, – заметила Лилейн до тошноты великодушным тоном.
– Мне бы хотелось побольше узнать о том… что с тобой произошло, – заговорила Магла. – Как Элайда вообще помыслить могла, что лишить сестру звания Айз Седай – мудрое решение? Эгвейн рассказывала об этом, и я тогда сочла подобное просто невероятным событием. О чем Элайда думала?
– Я… не могу говорить за Амерлин, – ответила Шимерин.
