– Тогда-то я действительно удостоверилась, что меня куда-то направляют. Многие бы не заметили этого, но я изучала природу та’веренов. Караван недолго двигался по направлению к Муранди – всего один день, – но в сочетании с ощущением тяготения этого было достаточно. Я переговорила с Томасом, и мы решили, что не стоит направляться туда, куда тебя тянут. Скольжение лишь отчасти способно заменить Перемещение, но оно не имеет ограничений, связанных со знанием точки отправления. Я открыла переходные врата, но в конце нашего путешествия мы оказались не в Тар Валоне, а вышли в маленькую деревушку на севере Муранди! Этого не могло случиться. Однако в дальнейшем мы пришли с Томасом к выводу, что он как раз делился приятными воспоминаниями об охоте, на которую однажды выбрался в Трустэйре, и именно в тот момент я открыла врата. Должно быть, я позволила себе сосредоточиться не на том месте.
– И вот мы здесь, – произнес Томас, стоявший со сложенными на груди руками позади стула Айз Седай. Вид у Стража был недовольный.
– Именно, – отозвалась Верин. – Любопытно, не правда ли, юный Мэтрим? Я случайно оказываюсь здесь, у тебя на пути, именно тогда, когда тебе очень нужен кто-то, способный открыть переходные врата для твоей армии?
– Все равно это может быть совпадением.
– А притяжение?
Что ответить на это, Мэт не знал.
– Совпадения случайного. Так действует природа та’верена, – заметила Айз Седай. – Ты находишь брошенную вещь, которая тебе вдруг понадобилась, или случайно встречаешь нужного человека – и вовремя. Вероятности случайным образом оборачиваются к твоей выгоде. Или ты такого не замечал? – Верин улыбнулась. – Рискнешь поставить на это и бросить кости?
– Нет, – неохотно ответил Мэт.
– И все же меня беспокоит одна вещь. Разве не мог тебе попасться на пути кто-то другой? Аша’маны ал’Тора прочесывают страны, выискивая мужчин, способных направлять Силу, и я подозреваю, что глухие сельские уголки наподобие этого у них во главе списка, потому что в таких местах больше шансов, что способный направлять Силу мужчина останется незамеченным. Один из Аша’манов мог бы встретиться тебе и создать врата.
– Проклятье, да ничего подобного! – Мэта передернуло. – Я не доверю Отряд таким, как они.
– Даже чтобы попасть в Андор в мгновение ока?
Мэт помедлил. Ну, возможно.
– Я должна была оказаться здесь по какой-то причине.
– А по-моему, ты пытаешься увидеть в этом смысл, которого там нет, – ответил Мэт, пытаясь поудобнее расположиться на растреклятой скамье.
– Возможно. А возможно, и нет. Сначала надо обсудить цену, которую я запрошу за то, чтобы перенести вас в Андор. Полагаю, ты хочешь добраться до Кэймлина?
– Цену? – недоуменно спросил Мэт. – Но ты ведь думаешь, будто это Узор заставил тебя явиться сюда! Почему я-то должен расплачиваться?
– Потому что, – ответила Айз Седай, воздев палец, – пока я тебя дожидалась – а признаться честно, я не знала, ты это будешь или юный Перрин, – то поняла, что в состоянии дать тебе еще кое-что, чего не могут другие. – Она опустила руку в карман и вытащила несколько листков бумаги. На одном из них красовался портрет Мэта. – Ты не спросил, откуда они у меня.
– Ты – Айз Седай, – пожал плечами Мэт. – Я думал, ты их… это… насаидарила.
– «Насаидарила»? – На лице Верин не отражалось ничего.
Мэт пожал плечами.
– Я получила эти листки, Мэтрим…
– Зови меня Мэт, – попросил он.
– Эти листки, Мэтрим, мне достались от приспешника Темного, который рассказал мне – посчитав, что я служу Тени, – что один из Отрекшихся приказал убить изображенных на них людей. Вам с Перрином грозит смертельная опасность.
– Я ничуть не удивлен, – ответил Мэт, скрывая дрожь, в которую его бросило от слов Айз Седай. – Верин, приспешники Темного пытаются убить меня с того дня, как я покинул Двуречье. – Он помолчал. – Чтоб мне сгореть. Это началось даже днем раньше того, как я уехал из Двуречья. Что это меняет?
– Это совсем другое, – посерьезнев, промолвила Верин. – Иной уровень опасности, которой ты подвергаешься… Я… Ну, давай просто скажем, что ты в большой, даже очень большой опасности. Советую тебе быть крайне осторожным в ближайшие несколько недель.
– Я всегда осторожен, – заметил Мэт.
– Значит, надо быть еще осторожней. Спрячься где-нибудь. Не рискуй. Пока это не кончится, тебе отведена важная роль.
Мэт пожал плечами. Спрятаться? Запросто. С помощью Тома у него, наверное, так получится замаскироваться, что и родные сестры не узнают.
– Это я могу. Проклятье, цена-то невелика. Сколько нужно времени, чтобы перебросить нас в Кэймлин?
– Мэтрим, это не была моя цена, – заметила она с ноткой веселости. – Это было предложение. К которому, полагаю, ты отнесешься с большой долей предубеждения.
Айз Седай достала из-под портрета сложенный в несколько раз лист бумаги, скрепленный и запечатанный каплей кроваво-красного воска.
Мэт неохотно взял письмо.
– Что это?
– Инструкции. Которым ты последуешь на десятый день после того, как я оставлю тебя в Кэймлине.
Мэт, нахмурившись, почесал голову и потянулся сломать печать.
– И пакет ты вскроешь не ранее того дня.
– Что? Но…
