С Арад Доманом дело обстояло совсем иначе. Он организовал снабжение провизией, но появившаяся еда привлекла еще больше беженцев, которые начали истощать его запасы. Он не только не сумел обеспечить местным жителям мир с шончан, но и лишил их единственного войска, которое отправил присматривать за Пограничными землями. Моря по-прежнему оставались небезопасными. Маленькая шончанка-императрица ему не доверяла. Она будет продолжать атаки; возможно, даже удвоит свои усилия.
Доманийцы падут под копыта войны и будут ими стоптаны – они будут раздавлены между вторгшимися с севера троллоками и наступающими с юга шончан. А Ранд их покидает.
Каким-то образом люди это понимали, и Ранду было очень тяжело на них смотреть. Голодные взгляды обвиняли его: зачем приносить надежду, чтобы потом дать ей иссякнуть, подобно только что выкопанному колодцу во время засухи? Зачем ты заставил принять тебя как нашего правителя – только за тем, чтобы нас бросить?
Флинн и Наэфф уже проехали перед Рандом; он видел впереди их черные мундиры. Аша’маны, на чьих высоких воротниках сверкали значки, наблюдали, как процессия Ранда приближается к городской площади. Фонтан на ней все еще действовал, и блестящие медные кони прыгали среди медных волн. Кто из этих безмолвных доманийцев продолжал до блеска начищать фонтан, пока на троне не было короля, а половина Купеческого совета пропала неведомо куда?
Айильцы Ранда так и не сумели обнаружить достаточно членов Совета, чтобы набралось нужное для принятия решений большинство. Ранд подозревал, что советников убила или захватила Грендаль, чтобы исключить всякую возможность выборов нового короля. Если кто-то из членов Купеческого совета обладал достаточной красотой, то он пополнил ряды ее любимцев – а это значит, что их убил Ранд.
«Ага, – заговорил Льюс Тэрин. – Имена, которые я могу добавить к списку. Да…»
К Ранду подъехал Башир – с задумчивым видом он поглаживал согнутым пальцем свои усы.
– Твое желание исполнено, – сказал он.
– Леди Чадмар? – спросил Ранд.
– Возвращена в свое поместье, – ответил Башир. – Так же поступили с оставшимися четырьмя членами Купеческого совета, которых Айил удерживали за городом.
– Они поняли, что им нужно сделать?
– Да. – Башир вздохнул. – Но не думаю, что они это выполнят. Сдается мне, стоит нам уйти, как они в тот же миг сбегут из города, точно воры из оставшейся без охраны тюрьмы.
Ранд никак не отреагировал на замечание салдэйца. Он приказал Купеческому совету выбрать новых членов, а затем избрать короля. Однако Башир, скорее всего, прав. Из других городов на побережье, откуда Ранд велел отвести своих айильцев, к нему уже поступили донесения. Города оставались без правителей – те сбегали, даже не дожидаясь предполагаемого нападения шончан.
Срок Арад Домана как королевства подошел к концу. Скоро Арад Доман рухнет – как стол под слишком тяжелым грузом. «Это не моя забота, – подумал Ранд, избегая смотреть на людей. – Я сделал все, что смог».
Это не было правдой. Хоть он и желал помочь доманийцам, истинные причины его появления здесь были иными – он хотел договориться с шончан, выяснить, что случилось с королем Арад Домана, и выследить Грендаль. Не говоря уже о том, чтобы по возможности укрепить Пограничные земли.
– Какие известия от Итуралде? – спросил Ранд.
– Боюсь, ничего хорошего, – мрачно отвечал Башир. – У него были стычки с троллоками, но это тебе и так уже известно. Отродья Тени всегда быстро отходят, но он предупреждает, что что-то затевается. Его разведчики сумели заметить, что там собираются целые полчища, способные его буквально задавить числом. Если троллоки скапливаются там, то, вероятнее всего, они сосредотачиваются и еще где-то. Наверняка и возле Тарвинова ущелья.
«Проклятые порубежники! – подумал Ранд. – Я должен что-то с ними сделать. И поскорей». Выехав на площадь, он натянул поводья Тай’дайшара и кивнул Флинну и Наэффу.
По его сигналу каждый из них открыл на городской площади широкие переходные врата. У Ранда возникала мысль покинуть Бандар Эбан непосредственно из владений леди Чадмар, но тогда его исчезновение было бы сродни бегству вора – натворил дел и удрал. По крайней мере, он позволит людям стать свидетелями своего ухода – чтобы они поняли, что предоставлены самим себе.
Доманийцы стояли на дощатых тротуарах – так же, как в тот день, когда Ранд впервые вступил в город. Но если такое возможно, теперь они были еще более молчаливы. Женщины в глянцевито блестящих одеяниях, мужчины в цветных камзолах, с выглядывающими из рукавов кружевами. Многие в толпе не были меднокожими доманийцами. Обещанием накормить Ранд привлек в город много разного люда.
Пора выступать. Ранд уже приблизился к одному из проемов переходных врат, когда раздался возглас:
– Лорд Дракон!
