За короткое время Сокольникову удалось добиться больших успехов на дипломатическом поприще. Несмотря на постоянные антисоветские кампании в Великобритании, спорные вопросы по старым договорам между двумя странами были урегулированы. Советскому полпреду нередко приходилось лично встречаться с британскими министрами и политиками, в том числе с премьер-министром Макдональдом, министром колоний лордом Пасфилдом, министром народного просвещения Трейвельяном, лидером либералов Ллойд Джорджем и многими другими.
За счет умелой работы с профсоюзными лидерами Сокольникову даже удалось создать в Соединенном Королевстве общественное движение в поддержку СССР. Жена Григория Сокольникова вспоминала, что в Англии и вообще за рубежом он всегда пользовался подчеркнутой симпатией тех, с кем соприкасался.
«В эти же годы мы встречались с людьми, вписавшими свои имена в нашу эпоху. Сонм выдающихся ученых, политических деятелей, литераторов, артистов. Я познакомилась в Англии на квартире Беатриссы и Сиднея Вебб с противоречивым, многогранным даже в свои тогда семьдесят лет Бертраном Расселом; встречались мы со светлым во всех отношениях Бернардом Шоу, во Франции – со спортивно резким и неутомимым бунтарем Леоном Блюмом и галантным умницей Кашеном, с сжигаемым тысячей огней Барбюсом, в Москве – с неисчерпаемыми эрудитами: Покровским, Бухариным, Тарле, с душевно прекрасной Крупской и Ульяновой, блистательной Коллонтай, погруженным в своим непонятные мне думы Эми Сяо, протестующим, искрящимся Панаитом Истрати и хитроумным Горьким. Интереснейшие люди – Фрунзе, Куйбышев, Дзержинский – были всегда где-то рядом и нередко у нас дома», – вспоминала Галина Серебрякова.
В 1932 г. полюбившийся англичанам Сокольников попросил освободить его от обязанностей полпреда. Серебрякова писала, что сделано это было по ее просьбе – она хотела поскорее издать в СССР свою книгу об Англии. Узнав об отставке советского полпреда, пресса, в том числе белоэмигрантская, разразилась огромным количеством статей, в которых строились догадки о причине отставки. Самая влиятельная русскоязычная газета Парижа «Последние новости» опубликовала статью, в которой пела дифирамбы Сокольникову и противопоставляла его Сталину.
Сокольников сказал жене, узнав о публикации: «Этого Сталин мне не простит и обязательно отомстит».
И он не ошибался. Встретив Сокольникова впервые после его возвращения в Москву, Сталин сказал ему: «Говорят, Григорий, ты так полюбился господам англичанам, что они тебя отпускать не хотели. Может, лучше тебе жить с ними?»
Более полугода Сокольников не получал нового назначения. В это время он вел преподавательскую работу, писал статьи и почти принял решение о переходе от практической деятельности к научной. Однако согласно воспоминаниям Серебряковой, вскоре после этого Сталин вызвал его к себе, обласкал и назначил первым заместителем народного комиссара иностранных дел Литвинова.
Некоторое время Сокольникову удавалось жить и работать спокойно. Все вновь изменилось на партконференции, проходившей в январе 1934 г. Старому члену партии устроили настоящую обструкцию. Ему не давали говорить, требовали признать ошибки в области индустриализации. В заключительном слове Каганович с издевкой заявил, что простая колхозница политически грамотнее «ученого Сокольникова».
Тучи сгущались, вскоре у Сокольникова появились проблемы на службе. У него резко ухудшились отношения с наркомом иностранных дел Литвиновым. Сокольников тщетно искал встречи со Сталиным. В одном из писем ему он просил: «…убедительно прошу… так как до сих пор Литвинов имел слово, то заслушать в порядке справедливости и мои объяснения по поводу трений с ним, тем более, что речь идет отнюдь не о пустяках».
