«Где они сейчас, русско-иудейские бояре Мамоны, помогшие деду Ивану Великому свалить иго Золотой Орды Волжской последнего их хана Ахмата, с помощью великой иудейской помощи тогдашних пророков из Крыма, обеспечивших союз деда с ханом-крымчаком Менгли-Гиреем, направленный острием в сердца восточной Орды и западной Литвы короля Казимира?.. Тогда при деде Русь Московская была зажата между Ордой и Литвой и благодаря иудейской помощи и союзу с Менгли-Гиреем разжала тиски татарского ига на востоке и литовской давильне на западе… А сейчас в интриге царского и брачного венчания боярских партий Глинских и боярских приложено решающее иудейское усилие… Но какое, зачем?.. Развернуть Москву – Третий Рим лицом в сторону иудейских интересов, несовместимых с латинскими всего Запада, когда папа римский готовится к крестовому походу на неверных турок?.. Иудейская тайная месть руками сторонников еретиков жидовствующих, нестяжателей за провал провозгласить в Москве царем всех русских и иудеев Дмитрия-внука?.. Иудейская или какая там есть «иноземкам» бабке Софье Палеолог и матушке Елене свершилась – обе отравлены тайно, концы в воду… Такая же тайна гибели отца Василия и всех его братьев-Рюриковичей, словно кто-то нарочно разверз воронку губительных династических войн ради конца московских последних Рюриковичей… Их всего-то осталось трое: я, двоюродный брат Андрей Старицкий и родной несчастный братец Юрий – последний не в счет, для воронки престольного рока он не интересен… И вот – свершилось: за царским венчанием сразу же царское бракосочетание мое с Анастасией… И всех на засосет в тайную воронку боярских козней и роковой мстительной иудейской задумки… Но ведь есть еще спасительная и очистительная любовь наша – может, она спасет, меня, Анастасии, детей наших, наследников престола?.. Или?..»
Иван, обнимая нежно юную супругу, осторожно спросил:
– Знаешь, любимая, что спросил иудейский царь свою возлюбленную Суламифь во время их первой сладостной ночи?..
– Знаю, милый… Царь Соломон спросил: скажи мне, мой нежная и чистая Суламифь, знала ли ты во время нашей первой случайной встречи на горе недалеко от языческого капища Молох, что я царь Иудеи?..
– И что же ответила Соломону его Суламифь?.. – тихо с замирающим сердцем спросил Иван. – Ведь у нас с тобой была тоже такая встреча на смотринах… Только ты уже знала, что я царь и ищу царицу… А знала или нет все про царя Соломона его возлюбленная?.. Я задумался – почему Суламифь не стала царицей… Подзабыл что ли эту библейскую любовную историю или опьянел от собственной любви?..
– Суламифь призналась царю Соломону, что ни во время первой встречи в горах, ни даже на ложе царском она не знала, что ее возлюбленный – сам царь Соломон. Она даже сказала, мол, ей стыдно признаться, боязно, что возлюбленный будет смеяться над ней, но она подумала – не Гор ли он, сын Озириса, или иной Бог языческий? Она наивно думала, что на горе Ватн-Эль-Хав, где повстречала возлюбленного, иногда бродят прекрасные языческие боги… – Мягко улыбнулась Суламифь и открыла глаза. – А царь Соломон так сказал юной Суламифь: «Я всего только царь иудейский, моя возлюбленная». В ответе Соломона меня больше всего поразила одна фраза – я всего только царь… Значит, ее и его любовь оказалась выше титулов царских и самого царства… А раз так, любовь превыше всего… Теперь-то мы знаем, что нет множества языческих богов… После явления Христа Бог триедин в сущем – Бог-отец, Бог-сын и Дух Святый… А они, возлюбленные Соломон и Суламифь еще не знали об этом, однако любовь ставили выше всех языческих богов и царств… И во имя и ради любви время на какой-то срок прекратило свое течение и сомкнулось над ними солнечным кругом… А ложе у них – зелень, кровля – кедры, стены – кипарисы… А знамя в доме пира над ними – любовь великая…
После тяжелых мучительных раздумий Иван тяжело вздохнул и произнес изменившимся голосом:
