Может, потому, что осознание своего греховного падения в юности никогда не умирало в нем – отсюда и желание защитить себя и обвинить других в собственном падении?.. Может, зная о своей и всеобщей греховности, хотел своим публичным покаянием слиться со своим народом, переложить свою вину на всех, причастных к творимому злу на русской земле?.. Может, вознамерившись прежде мстить своим греховным подданным опалами и казнями, своим собственным публичным покаянием хотел объявить торжественно и вины своих подданных?.. Может, видя свое царство в великой тоске и печали от насилия сильных мира сего, от неправд и беззаконий, от поползновения на Русь темных внутренних и внешних сил, умыслил юный царь своим покаянием публичным привести своих подданных к единению и любви?..
Последняя из трех покаянных речей царя Ивана Грозного за 1547-1550 года сохранилась в русской истории. Очевидно, подталкиваемый иереем Сильвестром еще во время своего прихода в Воробьево, царь советовался и с наставником-митрополитом Макарием, как бы разорвать своим покаянным словом в своем царстве неправды и беззакония, уничтожить крамолы и подлоги, избавиться от всеобщей тоски и печали. Для своего последнего покаяния Иван приказал собрать всех выборных из разных русских земель в Москве, вышел на Лобное место с крестным ходом и начал говорить митрополиту:
– Молю тебя, святой владыка! Будь мне помощник и любви поборник, знаю, что ты добрых дел и любви желатель… Знаешь сам, что я после отца своего остался четырех лет, после матери – восьми… Родственники меня не берегли, а сильные мои бояре и вельможи обо мне не радели и самовластны были, сами себе саны и почести похитили моим именем и во многих корыстях, хищениях и обидах упражнялись. Аз же яко глух и не слышах и не имый в устах твоих обличения по молодости моей и беспомощности, а они властвовали… О, неправедные лихоимцы и хищники и судьи неправедные! Какой теперь дадите нам ответ, что многие слезы воздвигли на себя? Я же чист от крови сей, ожидайте воздаяния своего…
Эту жалобу на собственную судьбу уже не раз слышали приближенные царя: о горьком сиротстве и жестоких опекунах-пестунах, в корысти с беззаконии погрязших временщиках. Но никогда царь не обвинял греховных бояр из враждующих партий публично, признавая смиренно и свои вины, как простой грешный человек. Поклонившись на все четыре стороны, Иван продолжал:
– Люди Божьи и нам дарованные Богом! Молю вашу веру к Богу и к нам любовь! Будьте великодушны! Теперь нам ваших обид, разорений и налогов исправить нельзя вследствие продолжительного моего несовершеннолетия, пустоты и беспомощности, вследствие неправды бояр моих и властей, бессудства неправедного, лихоимства и сребролюбия… Молю вас, оставьте друг другу вражды и тягости, кроме разве очень больших дел. В этих делах и в новых я сам буду вам, сколько возможно, судья и оборона, буду неправды разорять и похищенное возвращать… Оставьте ненависть и вражду, соединимся все любовью христианской. Отныне я судья ваш и защитник…
Народ на Лобном месте не верит своим ушам. Этот великолепный оратор, одетый в богатые одежды, усыпанные драгоценностями, обращается со словом правды ко всем – от вельмож до простолюдина последнего. Это их царь, царь для вельмож и простолюдинов, которому нельзя не верить, потому что первый царь Третьего Рима не может лгать. Чтобы положить начало новой царской политике мира и любви, Иван Грозный объявляет, что прощает всех виноватых бояр, и предлагает всем своим подданным обняться по-христиански в порыве единения всех русских православных… О, как сильно кроткое и вдохновенное одновременно слово зацепило души русских! Русские увидели чудесную счастливую перемену в сердце царя Грозного, увидели исполнение молитв своих и с радостными словами обнимались и поздравляли друг друга с новой эпохой царского правления.
Именно в этот день – с подачи постного и смиренного иерея Сильвестра, не стремящегося ни к каким чинам и жизненным благам – расположение царя к ложничему Алексею Адашеву достигло высшей степени. Вслед за покаянными речами Иван пожаловал своего друга в окольничие, сказав так:
– Алексей! Взял я тебя из нищих и самых незначительных людей. Слышал я о твоих добрых делах и теперь взыскал тебя выше меры твоей для помощи души моей, хотя твоего желания и нет на это, но я тебя пожалел и не одного тебя, но и другие такие же, кто б печаль мою утолил и на людей, врученных мне Богом, призрел. Поручаю тебе принимать челобитные от бедных и обиженных и разбирать их внимательно. Не бойся сильных и славных, похитивших почести и губящих своим насилием слабых и немощных. Не смотри и на ложные слезы бедного, клевещущего на богатых, ложными слезами хотящего быть правым, но все рассматривай внимательно и приноси нам истину, боясь суда Божьего. Избери судей праведных и вельмож…
