Вокруг 19-летнего царя возник Совет близких к нему людей, получивший название Избранной рады, которую возглавил деятельный «худородный» дворянин Адашев. Алексей Адашев, происходивший из рода костромских вотчинников, также как и Пересветов, знал внутреннюю жизнь Турции и о главенствующем положение при дворе султана визире, временщике и фаворите. В юности Алексей оказался вместе с послом-отцом Федором Адашевым в составе русского посольства в Османской империи. Вот и Алексей Адашев долго и настойчиво шел к положению визиря при московском царе-государе – от спальника и главы Челобитного приказа до фактического руководителя «ближней думы» царя.
Роль законодательного и совещательного органа при царе, управляющим централизованным государством, играла расширенная втрое «ближняя дума» – Боярская Дума – для того, чтобы ослабить в ней влияние старой боярской аристократии. Расширенная Боярская Дума, будучи одновременно высшим законодательным, исполнительным и судебным органом Русского государства, формировалась уже не одной волей государя, но и в согласии с традициями местничества и боярских партий. Дума была в значительной мере независима от царской власти, поскольку имело древнейшее право принимать свои решения в отсутствии самодержца; впрочем, царь-государь считал себя вправе принимать решения без оглядки на Думу. Однако определенная независимость большой Думы и недоверие ко многим родовитым думским боярам подталкивали деятельного Ивана на расширение прав и полномочий «ближней» или «тайной» думы, состав и численность которой всецело зависели только от усмотрений и умонастроений царя-государя.
Неудачный военный опыт царя Ивана во время первого казанского похода показал, что давно распространенное местничество не отвечает требованиям времени: назначение на высшие воеводские посты по принципу родовитости, знатности, «породы» приводит в походах и на поле брани к катастрофам. Однако давно сложившееся местничество отражало привилегии верхов правящих боярских партий, и Боярская Дума не желала даже слушать голоса из «ближней думы» об упразднении не оправдавших себя в походах и войнах старинных местнических порядков.
Иван, еще явно робевший перед боярской знатью, побаивавшийся остракизма блестящего собрания большой Думы, видя назревающий конфликт между «ближней» и «большой» Думой, вынужден был обратиться напрямую к наставнику Макарию. Скрытность и подозрительность царя тоже были немаловажными причинами того, что царь, чтобы добиться послушания «большой» Думы был вынужден использовать авторитет церкви в лице ее настоятеля. В конце 1549 года, решившись на второй казанский поход, вызванный смертью Сафа-Гирея и борьбой за ханский престол, Иван упросил прибыть митрополита Макария во Владимир, где он находился с полками. Старый велеречивый владыка на радость своего воспитанника царя-государя обратился к воинству: «А государь вас за службу хочет жаловать, и за отечество беречь, и вы бы служили… А розни бы и мест никогда никаких меж вас не было…».
Упоминание опытного и мудрого владыки о сбережении «за отечество», или знатность-породу, должно было успокоить знатных воевод и охладить страсти воеводские… Кроме того, месяц спустя власти по распоряжении царя утвердили приговор о запрещении местнических жалоб и тяжб во время второго похода казанского – царь обещал рассмотреть все споры после возвращения из-под Казани. Однако приговор царя 1549 года нельзя считать реформой местничества, поскольку старые порядки остались в неприкосновенности. Настоящие реформы, по инициативе «ближней» думы начались только через год. Когда на свет появились новые царские законы, согласно которым царь мог назначать «в товарищи» к полководцу, «породистому» боярину, менее знатного, «худородного», но зато более опытного, умелого и смелого воеводу. Местничать «с товарищем» царь запретил суровым законом…
Вскоре возникли также и новый органы власти – Земские соборы, которые собирались нерегулярно и занимались решением важнейших государственных дел, прежде всего вопросами внешней политики и финансами, а также управлением на местах. Оформление приказной системы позволило централизовать государство и складывать систему управления на местах. Кормления – сбор налогов и управление боярами – были отменены. На местах управления – сыск и суд по особо важным делам – было передано в руки губных старост, городских приказчиков и голов – в городах. Таким образом, к середине 1550-х годов на Руси усилиями «ближней» Думы и царя сложился аппарат государственной власти в форме сословно-представительной монархии…
