Подобно половцам, липкинские татары, еще один степной народ, прибыли в Речь Посполитую в качестве беженцев. После того как их хан Тохтамыш опрометчиво затеял борьбу с Тамерланом, которую проиграл, в 1395 году вся его орда появилась в Литве, ища защиты. Великий князь Витовт приветствовал их и позволил им сохранить свою мусульманскую веру. Взамен татары обязались поддерживать его физической силой в сражениях. На протяжении веков татары снискали славу лучших кавалеристов польско-литовского простонародья. Большинство из них жило на небольших сельских фермах; до сих пор в отдаленных деревнях, разбросанных по территории между Польшей, Литвой и Беларусью, можно увидеть их деревянные мечети, окрашенные в прекрасные оттенки желтого и зеленого.
Во время посещения кладбища татарского поселения Крушиняны на польской стороне границы я проходил мимо надгробий с надписями, выгравированными смесью латыни, кириллического алфавита и арабской вязи. Некоторые из старейших надгробий, датируемые XVIII веком и укрытые самыми высокими соснами, все еще увенчаны серебряным полумесяцем ислама. Через дорогу огромный новый гостинично-ресторанный комплекс обслуживал туристические автобусы польских туристов, желающих попробовать то, что, к сожалению, стало не более чем экзотическим воспоминанием.
Однако татары были не только сельским меньшинством. В XVI веке они также поселились в городах, прежде всего в столице Литвы Вильнюсе, где работали кожевниками, мясниками и рыбаками. Татарский район неспроста находился за пределами городских стен, в пригороде под названием Лукишки. В отличие от мусульман практически во всех других частях мира, у вильнюсских татар не было муэдзина; вместо этого, подражая еврейскому обычаю, они полагались на городского глашатая, который бродил по улицам, призывая верующих к молитве.
Этому глашатаю пришлось бы очень громко кричать, чтобы его услышали сквозь городской шум, поскольку в те дни Вильнюс был настоящей Вавилонской башней. Помимо татар, здесь проживали поляки, литовцы, немцы, восточные славяне и евреи. Каждая из этих групп говорила на своем языке и молилась в своем храме. В XVII веке, помимо мечети и синагоги, в городе были церкви, принадлежащие к пяти различным конфессиям, – необычайное количество для города с населением всего двадцать тысяч человек, тем более в эпоху религиозных войн.
Ситуация в Вильнюсе отражала ситуацию в Польше и Литве в целом. Поколения королей и герцогов следовали примеру Витовта, с радостью принимая полезных иностранцев в Речи Посполитой. Одно раннее приглашение имело эффектные последствия. В 1226 году герцог Мазовии Конрад пригласил тевтонских рыцарей помочь ему отбиться от прибалтийских язычников. Они согласились, остались и в конечном итоге завоевали бо́льшую часть северного побережья Балтики – и, таким образом, стали смертельными врагами Польши. Однако в результате этой открытости Польша-Литва стала одной из самых сильных стран в Европе.
Но истинным источником культурного разнообразия Польши не был ни королевский план, ни грандиозный замысел. Скорее, оно стало результатом своего рода беззаботного пренебрежения. В XVI и XVII веках, в то время как остальную Европу сотрясали войны, вызванные Реформацией, Польша в значительной степени оставалась в стороне от схватки. Прежде чем в конце XVIII века его поглотили соседи, Содружество стало убежищем для диссидентов всех мастей – Новой Англией вдоль берегов Вислы. На самом деле, это было не единственное, в чем Польша-Литва напоминала Америку. В XVII веке, в отличие от большей части Западной Европы, в Речи Посполитой все еще сохранялись обширные участки нетронутых лесов, которые ждали, когда их вырубят, а землю начнут обрабатывать. По этой причине зубры и европейские бизоны сохранялись в Польше дольше, чем где-либо еще на континенте.
В XVIII и XIX веках Восточная Европа резко отличалась от Западной наличием множества территорий, которые все еще находились в процессе заселения. Обычно эти территории оставались, так сказать, «открытыми» из-за того, что обезлюдели в результате войн. Границы империи были местом постоянных конфликтов. Наихудшее происходило на окраинах исламской территории – на северных окраинах Османской империи и Крымского ханства, которое само было вассалом Османской империи на северном побережье Черного моря.
