На последних километрах пути напомнила о себе Ирина, фонтанирующая восторгом от своих новых отношений. Однако Анна не была расположена сейчас вникать в счастливый щебет подруги и прервала ее, сославшись на срочную деловую встречу. Будучи под впечатлением от собственного душевного всплеска, она остро нуждалась в одиночестве. Хотелось в десятый раз прогнать в памяти будоражащие мелочи: складки от улыбки в уголках мальчишеских губ, падающую на глаза непослушную челку, нежную кожу и миллион других вещей, цепко схваченных подсознанием.
Как девчонка, столкнувшаяся впервые с серьезным чувством, внутренне взъерошенная, Анна пока не хотела ни с кем делиться переполнявшими ее ощущениями. Сегодня все переживания принадлежат только ей одной – единолично! И она кайфовала, наслаждаясь распирающей ее тайной, такой необычной для ее невозмутимой, уравновешенной натуры.
Ирина будет в шоке. В ее восприятии подруга является непоколебимой и безгрешной матерью семейства, не подверженной никаким вирусам страсти, способным напрочь отключить мозги. Еще неизвестно, как Ирина воспримет весь этот трэш…Поэтому Анна пока не решила, стоит ли вообще ей признаваться в необъяснимых, возможно и не совсем нормальных чувствах, без всякого предупреждения вихрем ворвавшихся в ее безмятежную жизнь…
Поставив машину на огороженной территории высотного комплекса, Анна поднялась в свою просторную квартиру на 25-м этаже.
Дома никого не было – помощница Катя, приходящая два раза в неделю, завершала все хозяйственные дела не позже трех часов дня и не мозолила глаза хозяевам, о чем изначально просил ее Олег. Катя в основном занималась уборкой – квартира всегда блистала чистотой, а на плите остывало какое-нибудь свежеприготовленное блюдо с несложным рецептом. Остальное Анна брала в свои руки и, если возникала такая необходимость – с удовольствием хозяйничала сама. Правда, в последнее время все домашние вечерами питались на стороне – Олег задерживался на поздних деловых встречах, а Оля увлеклась фастфудом в компании себе подобных подростков, всячески подчеркивая свой нигилизм.
Утром супруг предупредил об очередной «командировке» (Анна научилась пропускать мимо ушей эту порядком надоевшую тему), а дочь прислала сообщение, что после занятий приглашена на день рождения к подруге – так что квартира на весь вечер поступала в полное и единоличное распоряжение Анны.
Войдя в гостиную, объединенную с кухней, где обои спокойных бежевых тонов гармонировали с мебелью и шторами чуть темнее оттенком, она вспомнила, с каким воодушевлением несколько лет назад занималась ремонтом и обставляла новую недвижимость на свой вкус. В тот момент у Олега был общий бизнес с Василием Ивановичем и Петром, который «попер в гору». В их семье не было принято, чтобы женщина вникала в подробности деловых занятий супруга, но именно в это время они смогли приобрести видовую квартиру большой площади, а муж обновил свою машину. Так же поступило и семейство Кондрашовых, и лишь Петр бездарно спустил свою долю, сказав Ирине, что вложил ее в выгодное предприятие.
Тогда Олег вел себя удивительно покладисто, всецело доверял вкусу жены, выделяя немалые средства на любой каприз в ремонте. Сам он был чрезвычайно занят, самоустранившись от отделочных работ и практически не появляясь дома. И только позже Анна случайно узнала, что супруг не терял времени даром в компании юных эскортниц. Видимо, большие деньги открыли дорогу туда, куда раньше заводила лишь робкая фантазия.
Уйдя с головой в ремонт, Анна была вынуждена хорошо изучить рынок стройматериалов в соотношении цена-качество. Приятельские отношения с прорабом позволили сэкономить часть денег, и Анна сочла возможным оставить себе разницу в качестве компенсации за поведение мужа, который вымолил ее прощение. А сэкономить удалось достаточно – она не тяготела к вычурной роскоши, и квартира получилась в лаконичном стиле, с теплой, приглушенной палитрой, лишенная кричащих деталей интерьера, уютная, с плавными линиями мебели и стен.
Пройдясь по владениям, женщина с легкой грустью заглянула во все уголки своего детища. Оглядев с порога комнату дочери, где царил вечный беспорядок, она проследовала дальше и задержалась у дверей кабинета Олега. Вторгаться во владения супруга не хотелось, и Анна включила свет в небольшой гардеробной. Ее взгляд прошелся по аккуратно развешенным и разложенным по полкам вещам, скользнув по стройным рядам обувных коробок внизу. Если супруг потребует делить квартиру – придется выбросить на помойку кучу шмоток… Но это даже к лучшему: как там по фэншую – в новую жизнь нужно входить, безжалостно оставляя позади все ненужное, даже если когда-то на него была потрачена уйма денег.
