– Сначала мы наткнулись на светящиеся в темноте лианы. Это особенно обрадовало Рубена: он с ними готов был остаться. Наверняка попросит тебя зарисовать их и возьмет материал. Потом мы наткнулись на это место. Тут уже вся группа возликовала, потому что если лианы еще могли быть совпадением, то сразу два места из рукописи – это уже верный знак того, что цель рядом и наш конкистадор не совсем бредил.
– А как он описал это место? – спросила Сандра, оглядываясь вокруг. Все такая же непроницаемая сельва, только ноги увязают и пахнет не очень приятно.
– «Зловонный лес», – хохотнул Освальдо. А потом махнул рукой вправо: – Вон там есть целая лужа нефти, но нам чуть левее.
Они прошли еще буквально пару шагов, и тут Сандра увидела отрубленные ветки, стволы лиан, выкорчеванные деревца, сложенные в кучу.
– Мы очищали арку, – пояснил Освальдо. – Мы бы прошли и не заметили ее, но тут уже включился инстинкт археолога: любое странно расположенное дерево, измененная местность могут намекать на то, что лес некогда завоевал это пространство. Арка была скрыта под мхом и растительностью. Но благодаря верхнему блоку, который, хоть и был скрыт от взгляда, но привлек внимание формой, мы ее и заметили.
И тут Сандра увидела арку: это была прямоугольная конструкция из грубых каменных блоков. Верхний и правый блок были расчищены полностью, левый – частично.
По всей длине блоков были прорезаны фигурки людей и животных, растительные орнаменты.
– Здесь идет речь о каком-то ритуале либо рассказывается история того, для чего установили арку. Мы расчищали все это время блоки от земли, мха и растительности, чтобы понять, что именно изображено на них. Я попросил тебя взять с собой альбом, потому что подумал, что если перенести эти изображения на бумагу, мы сможем лучше понять, что они значат, – сказал Джейк, обращаясь к Сандре.
– Мы продолжим работу, – сказал Освальдо, берясь за лопату. – Похоже, блоки ушли глубоко под землю, поэтому важно раскопать изображения, которые сейчас скрыты от глаз. Но ты можешь начать с верхней арки.
Сандра кивнула. Освальдо предложил ей раскладной стул.
– Спасибо, я начну стоя, а потом присяду, – поблагодарила она.
Отмахиваясь от надоедливых москитов, которые норовили влететь в глаза, Сандра начала перерисовывать фигуры с верхнего блока.
Джейк очищал жесткой щеткой левый блок, Освальдо копал землю у правого.
Пару часов спустя Освальдо вонзил лопату в землю, подошел к своему рюкзаку и стал выкладывать на непромокаемую ткань, которую расстелил на земле, нехитрый обед.
– Давайте перекусим, – пригласил он Сандру и Джейка, когда все было готово.
Сандра взяла завернутое в пальмовый лист мясо с рисом и стала есть. Джейк подсел к ней, но вместо того, чтобы взять свой обед, взял альбом Сандры и посмотрел на рисунок.
– У тебя здорово получается, – сказал он, не отрываясь от разглядывания рисунка.
Сандра промолчала.
– Кто хочет еще воды? – спросил Освальдо.
Сандра протянула ему свою кружку, наблюдая, как Джейк листает ее альбом. Когда он дошел до одного из изображений Диего, Джейк нахмурился.
– Это еще кто? – спросил он, подняв взгляд на Сандру.
– Оборотень, – сухо ответила она. Ей было почему-то очень страшно, казалось, сейчас Джейк догадается, что она изменила ему с Диего. Но тот лишь усмехнулся и продолжил листать альбом. Когда долистал до изображения, где Сандра нарисовала наполовину лицо Диего, наполовину пантеры, он сказал:
– Ты ж говорила, они в ягуаров превращаются.
– А этот в пантеру, – сухо ответила Сандра.
– Ну да… Фантазия у тебя что надо, – почти с презрением сказал Джейк, протягивая ей альбом.
И только в этот момент, когда солнце узкими полосками играло на лице Джейка и альбоме, который он ей протягивал, Сандра поняла, что ее любовь к Джейку ушла. Она смотрела на него и не видела ничего, кроме самодовольного, уверенного в себе, красивого мужчины, который считал себя неотразимым. «Но ведь он же был лучше», – всколыхнулись в ее памяти прекрасные моменты с Джейком. Но былых эмоций она не почувствовала. Нет, дело не в том, какой он. Пусть даже хороший, как казалось раньше, а не теперь. Просто любви больше нет.
От пустоты, внезапно заполнившей ее душу, стало очень тоскливо. Сандра забрала альбом и, закончив трапезу, вернулась к работе.
Время от времени она отвлекалась от фигурок на камне и бросала взгляд на Джейка, пытаясь проверить, не вернется ли теплота по отношению к нему. Но теперь ей даже было странно вспоминать, что когда-то они были близки и любили друг друга. Он казался просто малознакомым человеком. Она его совсем не знала, а он ее совсем не любил, раз не верил ее словам и предпочитал считать сумасшедшей.
По возвращении в лагерь Сандра отдала рисунки Гонсало и Освальдо, и Джейк сидел с ними допоздна, пытаясь расшифровать изображения.
