Лежа в палатке, Сандра слушала их спор. Гонсало выступал за то, чтобы свернуть экспедицию, вернуться сюда с людьми и начать раскопки. Освальдо настаивал на том, чтобы сначала понять, что за арка перед ними. Да, конкистадор описал ее как вход в Маноа, но он мог обмануться. Нужно было сначала закончить то, что они могут сделать небольшой группой. К тому же месторождение нефти могло привлечь интерес нефтяных компаний, а им все равно, что за тайны скрывает какая-то каменная арка, если рядом черное золото.
– Этого Эльдорадо им достаточно, а настоящий так и останется легендой, – сказал Освальдо. – А так мы вернемся с достаточным материалом, чтобы поставить исторический интерес выше нефтяного.
– Хорошо, давайте попробуем расшифровать изображения на арке, – закончил дискуссию Джейк. – Какие предположения?
– Я думаю, раз арка уходит под землю, то пока мы не докопаем до конца, ничего не поймем, – сказал Гонсало. – На это уйдет время.
– Я вижу, что тут идут изображения божеств и шаманов, а также зверей, – начал Освальдо.
Сандра представила его у огня, с фонариком на голове, рассматривающим изображения на листе бумаги. – Вот смотрите, на верхней арке легко можно узнать Виракоча: это вот этот человек с головой чуть больше, чем все остальное тело. Его рот открыт, от головы идут лучи света, некоторые из них на концах имеют голову змей. Виракоча – это творец мира. Он сотворил луну и солнце – своих детей. Вот они, по обе стороны от него: Инти, то есть солнце, и Мама Килла – луна. Вот здесь изображение пирамиды. Я думаю, это отсылка к тому, что Виракоча создал город – какой, наверно, не сложно догадаться.
– А эти изображения то ли людей, то ли зверей? – спросил Джейк.
– Тут надо посмотреть, как они связаны с вертикальными столбами, ведь это крайние изображения верхней арки. Завтра мы полностью откроем правую сторону арки, и Сандра сможет зарисовать ее.
– Я закончу расчищать левую сторону и начну копать, – решил Джейк.
Сандра еще некоторое время прислушивалась, но усталость постепенно накатила на нее, и она провалилась в сон.
Во сне она продолжала срисовывать фигуры, высеченные на камне, только почему-то делала это ночью, при багровых отсветах огромного костра и свете своего фонарика. При всполохах пламени то и дело казалось, что фигуры приходят в движение и то скалятся на нее, то ухмыляются, то пытаются ей что-то сказать. А потом они действительно начали двигаться, только по квадрату: внизу тоже оказался каменный блок с резьбой. Фигуры пустились в пляс, перетекая по прямоугольной форме арки, которая даже теперь и аркой-то не была. Сандра назвала бы ее теперь окном или проходом.
Глядя на передвижение индейцев, шаманов, зверей и богов, Сандра услышала голос Тео:
– Арка состоит из трех граней. Как и мир в представлении инков. Первая грань – мир наверху. Чтобы войти в него, нужно перейти мост, сделанный из волос праведников. Этот мир мы можем видеть, но не можем контролировать. Там обитают Виракоча – бог-создатель, Инти – бог солнца, Мама Килла – богиня луны и защитница женщин. Вторая грань – мир здешний, где мы живем. Мир видимый и контролируемый. Там обитает Пачамама – мать-земля, Париякака – бог вод. И третий мир – мир невидимый и неконтролируемый. Подземный. Там живут Мамакоча – богиня бурь и Пачакамак – тот, что сотрясает землю. А вот что им нужно – это каждый, кто хочет войти в Маноа, должен решить для себя сам…
Голова кружилась от быстрого передвижения фигур, Сандра почувствовала легкую тошноту и резко проснулась.
Была глухая ночь, сельва буянила по-ночному, откуда-то отчетливо донесся рев ягуара, и Сандра поежилась. Рядом спал Джейк.
Сандра долго лежала в темноте, пытаясь понять, как будет жить дальше. Ведь Джейка она разлюбила. И как объяснить это ему? И главное, когда, ведь еще надо отсюда выбраться… И что потом? Снова работа в кафе? Или скитания по миру?
Сандра ощущала себя очень одинокой и опустошенной. И совершенно не представляла, что делать дальше со своей жизнью. Она вдруг поняла, что если бы Тео был сейчас рядом, то она попросила бы совета у него.
С этой мыслью она уснула на рассвете и увидела короткий сон.
В нем она сидела рядом с Тео перед аркой инков и пыталась спросить, что делать дальше. Шаман поднялся и сказал ей:
– Только ты знаешь ответ на этот вопрос. Ты пришла за ним в сельву. Осталось только увидеть его и понять.
Сандра открыла глаза и поняла, что даже Тео ей не поможет. С этой задачей ей придется справиться самой.
Росалия шла по сельве, понимая, что лес теперь совсем иной. Деревья шевелились и поворачивались, как будто любопытствовали: кто это идет здесь, обладающий зрением шамана? Звери выходили ей навстречу и провожали задумчивым взглядом. Росалия шла одна, только на плече у нее сидел тукан, поворачивая свой огромный разноцветный клюв туда же, куда смотрела она.
– Духи леса, – спрашивала Росалия то и дело. – Где нам искать гринго и Вао Омеде?
Но духи лишь провожали ее взглядом, не отвечая.
