– Убийство на съемной квартире в Остине, – уточнил он, когда ему наскучило играть в обстрел намеками и угрозами. – Двойное, если не ошибаюсь. Крайне жестокое. Говорят, крови было о-очень много.
Так он здесь из-за убийства? В ту же секунду Адаму захотелось рассмеяться от очередной абсурдной ситуации, которую он понял совершенно иначе, или выдохнуть с облегчением, заявив: «Так ты не о Билли пришел поговорить? А я-то думал».
Но затем секундная легкость сменилась откровенным недовольством. Во-первых, этот выпендрежник, похоже, вообще ничего не знает о вчерашней миссии по спасению Билли, иначе первым же делом попытался бы выяснить, какого, собственно, черта произошло? Во-вторых – и в-главных – Розенберг снова решил влезть своим длинным носом в работу ФБР, чтобы заняться любимым делом: пихать палки в чужие колеса. Но теперь речь шла об одном из самых сложных расследований в практике Адама и его коллег. Только надоедливого репортера здесь и не хватало для полной радости. А в-третьих… Можно ли считать совпадением появление Розенберга, чья невеста также задействована в истории с убийством в Остине? Но Адам вновь промолчал.
– Кто стал жертвой и есть ли у вас подозреваемые? – не унимался Дэн. В такие моменты у него всегда был наготове диктофон, спрятанный в нагрудном кармане пиджака. – Все-таки случай не самый… обычный. Люди должны знать, чего и, если точнее, кого им опасаться. Что вы можете сказать по этому поводу?
Откуда он узнал об этом? От Билли? Сомнительно. Иначе сейчас выкрикивал бы имя Андерсона, как рождественский слоган, и грозился бы отдать все в печать, если ему не предоставят полную информацию о случившемся.
Интуиция подсказывала, что Розенберг не в курсе подробностей расследования и самых главных деталей. Слухи и сплетни – все, чем он располагает, и поэтому сейчас стоит здесь и сотрясает воздух пустыми наездами и обобщенными фразами. А это наводит на определенные вопросы.
Неужели Билли не рассказывает жениху о своей работе? Или рассказывает, но не все? Но как можно скрывать такое от человека, с которым собираешься связать свою жизнь?
Вряд ли Адам когда-нибудь поймет эту логику. Однако, с другой стороны, кто он такой, чтобы разбираться в природе отношений Билли Сэлинджер и Дэна Розенберга? Нет, его это точно не касается. Сейчас главное – выпроводить лощеного выскочку обратно в его редакцию.
– О чем вы, мистер Розенберг? – поинтересовался Адам. – Детективов на ночь перечитали или опять захотелось побыть в центре внимания?
Дэн усмехнулся. Как предсказуемо. ФБР всегда выступает в одном и том же стиле, а его агентов либо учат уходить от ответов еще в Куантико, либо они сразу рождаются такими и со временем просто оттачивают свои навыки.
– Кто пострадал на этот раз? – Розенберг проигнорировал насмешку Адама. – Я слышал, были убиты девушки.
– Я не сомневался, что слухи – ваш формат, но все же надеялся, вы не станете так активно демонстрировать это при каждой возможности. Тем более – бросать в лицо агенту ФБР. Не самый удачный способ склонить кого-либо на свою сторону.
– Если бы я хотел добиться чьего-нибудь расположения, вы были бы последним человеком в моем списке, – улыбнулся Дэн. – То, что я здесь, доказывает лишь одно: мне не наплевать на происходящее в городе.
«А на Билли?»
– Люди должны знать правду, – не унимался репортер.
– Какую правду? Которая будет удобна вам? Не стройте из себя святого, мистер Розенберг. Вы обеспокоены чужими проблемами так же, как я – вашей персоной. То есть никак. Впрочем, не важно. Я при любом раскладе не имею права с вами разговаривать. Поэтому, если у вас нет ничего существенного или критично важного, я, с вашего позволения, вернусь в офис.
– У меня есть кое-что существенное. – Дэн сделал шаг в его сторону. – Намеренное замалчивание ФБР информации о жестоком убийстве. И раз вы так упорно отрицаете очевидное, значит, преступник до сих пор не пойман и люди находятся в опасности, не подозревая, что по улицам ходит монстр, жаждущий крови. Кажется, мы уже сталкивались с чем-то подобным, не так ли?
– Монстр, жаждущий крови? Вам бы лучше книги писать, мистер Розенберг, честное слово. Никак не пойму, в чем ваша проблема?
– Моя проблема в том, что вы скрываете жизненно важные сведения, и люди не знают, что могут стать следующими в списке погибших. Или же убийца завершил свою работу? Это его особый ритуал, или он преследует более извращенную цель?
Адам ограничился молчанием.
– Агент Миддлтон, – Дэн расплылся в очередной многообещающей улыбке, – я все равно раскопаю больше информации, но вам же лучше, если я добуду ее из прямого источника.
А вот и стандартные угрозы пошли. В деле и так была задействована Билли, а теперь придется разбираться и с Розенбергом, который еще и ее жених. Не жизнь, а бразильский карнавал с клоунами и салютом. И единорогами.
