— Не ври мне! Все врут! Словно не я пытаюсь всех спасти! — застонал я.
— Успокойся, я не враг тебе.
— Прости, — я сделал усилие над собой. — Вероятно, ещё не пришёл до конца в себя.
— Не мудрено, — согласился Олег, поглядывая на синяк.
— Но, либо я чего-то не знаю, либо ты меня обманул.
— Да брось ты! Не сходи с ума, не время. Я просто открыл замок.
— Как «просто открыл»?
— А как Маша смогла так тебя долбануть, а до этого одураманить на две недели любовными чарами?
Всё-таки Олег — умница. Я добавил способности Маши и Олега в нашу коллекцию: обольщение, боевые искусства, вскрывание замков, фокусы с пистолетом, свой приступ «просветления» в беседе с Машей.
— Вы тоже набираете силу, — догадался я.
— Расскажи, что между вами произошло, — потребовал Олег.
— Почему ты не рассказал о своих возможностях? — заупрямился я.
— Этого так не расскажешь, даже тебе, — вспылил Олег. — Во-первых, это проявляется в критических ситуациях, во-вторых, когда ты рядом. И это означало бы признать опасность, грозящую всем нам, согласиться, что ты прав, а это не всякому под силу.
— Да, прости, — отозвался я, кивая в знак понимания, и в двух словах поведал о нашем с Машей разрыве.
Когда я закончил, Олег задал закономерный вопрос:
— Ты думаешь, исчезновение Виктора связано с машиным поступком? А если она и есть наш враг? Тот, кто нас уничтожает?
— Зачем тогда эта игра? Нет, если бы она была врагом, она бы уже убила меня, пока мы жили вместе. Легко. Это другое. Она с кем-то в сговоре и ей что-то от меня было нужно. Что же ей было нужно?
— Твоё благословение, — ляпнул Олег и виновато замахал руками, — шутка! Её поступки больше похожи на истеричные метания, чем на холодный расчёт, — предположил Олег, — хотела быть с тобой, чтобы ты её защищал…
— Или подстроено так, чтобы казалось истерикой, — возразил я, потирая живот, — слушай, а если я был ей нужен, чтобы получить силу? Ты, вот, рядом со мной вскрываешь двери, Виктор тащится от пистолетных осечек, а она обретала своё могущество, научилась драться, обольщать?
— Мы так сойдём с ума, — пожаловался Олег.
Я думал. Олег заперся в ванной и вскоре вышел сухой, причесанный, надушенный, освеженный и нетерпеливо спросил:
— И как?
— Никак, — подвёл я итоги пустоте мыслей, — ждем событий, как бы это ни было тягостно.
— Тогда я поеду? — быстро спросил Олег.
— Нет, пришло время собирать камни, наш вынужденный таймаут будет потрачен на приобретение нового опыта, — я начал одеваться, пробуя, оправился ли я после перенесённых нагрузок и вреда, нанесённого Машей. — После того, как Маша меня оставила, ты всё время будешь со мной.
— Всё время? — разочаровано протянул Олег.
— Да, но это не значит, что мы должны сидеть друг напротив друга. Соседняя комната в твоём распоряжении, — успокоил я Олега. — Сегодня ты покажешь свою московскую жизнь.
Олег обрадовался:
— У меня всё готово!
— Уже! — удивился я, — Ты успел за полдня?
Он довольно усмехнулся:
— Это будет экспресс-ликбез по человеческим порокам.
— Экспресс… ликбез, — кисло передразнил я. — Поэт!
Мы вышли из подъезда и сели в автомобиль Олега. У меня противно подгибались ноги и дрожали руки.
— Пристегнись, не хочу, чтобы ты получил пару синяков, — предупредил Олег, когда мы сели в автомобиль, и погнал через темноту в небеса, и только звёздам было ведомо, куда заведут нас эти гонки. Ощущение падения преследовало меня всю дорогу.
Олег заметил это и успокаивающе подбодрил:
— Не бойся! — он нёсся к перекрёстку на полной скорости, а красный огонь светофора упорно пялился на нас.
— Тормози! — предостерёг я.
Олег засмеялся и сильнее нажал на газ.
— Ты что? — забеспокоился я, вспоминая Машины слова, что Олег всё чаще и безрассуднее рискует жизнью, просто из осознания моего присутствия.
Мы вихрем пронеслись сквозь площадь, автомобильные фары буквально в нескольких метрах чиркнули по боковому зрению, позади раздавались возмущённые всхлипы чужих клаксонов.
— У каждого из нас появляются новые способности, ты же сам просил ничего не скрывать от тебя, — сквозь зубы цедил Олег, слегка отчуждённо, так как был полностью увлечён дорогой.
— Ты хочешь сказать, что знал, как будет на перекрёстке?
— Тебе спасибо: когда ты рядом, мои возможности возрастают, — пояснил Олег. — И потом, что может произойти? Ты же Бог!
— Я?
— А кто же? Ты не думал, что, взваливая на нас бремя подверженности опасностям, ты, как несущий избавление, берёшь на себя роль если не бога, то мощного мистического существа?
Я злобно вздохнул в сердцах ответил:
— Тогда почему вы все ведёте себя, как детсадовцы?!
— Никому не хочется терять свободы воли, — подсказал Олег.
— С чего начнём? — я перевёл разговор в деловое русло.
— Маша была права, — упомянул Олег враждебно.
— В чём же?
— Ты даже со мной связался не ради меня самого, а ради нашей победы, неизвестно кого, неизвестно над кем. Это всё эксперименты, а не дружба в том смысле, в котором его понимают люди, — злился Олег.
— Брось, мы же друзья! — возразил я.
