Да, в то время я думала именно так.
Своей первой жизненной цели я уже достигла, поработав в столовой. Теперь у меня имелось несколько тысяч юаней, которые я заработала честным трудом, поэтому мои надежды, можно сказать, оправдались.
Будучи при деньгах, я ни о чем не переживала, поэтому, уподобившись безмятежному туристу, могла позволить себе неспешную прогулку с чемоданом и висящим спереди Малышом.
Моя вторая цель маячила прямо впереди, она не была каким-то миражом или самообманом из разряда фантазий, этот объект существовал более чем реально.
Город стоял передо мной и с каждым моим шагом становился все ближе. Его приближение целиком зависело от меня – сам он не смог бы сдвинуться с места.
Стоя в кроваво-алом зареве заката, моя цель в торжественной тишине ожидала моего прихода.
Я собиралась в этом городе обосноваться.
Я собиралась найти там вторую работу, надеясь, что заработок на новом месте будет чуть выше.
В тот момент я вдруг осознала, чем именно отличалась жизнь подавляющего большинства людей от жизни уникумов: последние выбирали цель жизни сравнительно рано, а первые ставили одна за другой очень маленькие, но конкретные цели. По мере их достижения у них появлялось ощущение общего направления, и они продолжали плыть по течению. Если же никакого направления они все-таки не ощущали, то никакой трагедии в этом не видели – в точности как я.
Будь жива моя мама-директор, она бы ни за что не позволила мне плыть по течению. Даже если бы я сама того хотела, мне не дали бы этого сделать; мой папа-мэр целиком ее в этом поддерживал, стараясь, чтобы моя жизнь шла по накатанной колее, а не так как сейчас, от одного шага к другому.
Но теперь я больше не относилась к уникумам.
Я перешла в компанию большинства!
Каково это – жить без главного ориентира, имея лишь мелкие пошаговые цели? Мне захотелось испытать это на своем опыте!
Неужели для осуществления самых заурядных целей не требуется добросовестного к ним отношения?
Цель Ли Цзюань – пустить все заработанные большим трудом деньги на лечение отца; ее следующая цель – построить новый дом для всей семьи.
Цель Цяньцянь – купить мобильный телефон; о последующих целях она не говорила.
Целью дядюшки Лю было сыграть свадьбу Лю Чжу.
Целью Лю Чжу было вместе с Цяньцянь переехать сперва в небольшой городок, а потом в уездный центр. Он как-то говорил, что хотел бы сразу переехать в уездный центр, но денег на это пока не хватало.
Моей же целью сейчас было просто дойти до города. Я бы с большим удовольствием подъехала на машине, но мне не встречались машины. К счастью, осталось совсем недалеко, за час я вполне могла преодолеть этот путь. Итак, моя цель была самой легкодостижимой, но и она требовала добросовестного отношения.
Ведь если я элементарно перестану переставлять ноги, вряд ли можно надеяться, что у меня вырастут крылья и я полечу.
– Верно, Малыш?
Я наклонилась к коту и увидела, что тот уже уснул.
Понимая, что могу обеспечить безопасность Малышу, я чувствовала, что не зря живу в этом мире.
Пока я твердым шагом продвигалась вперед, в моей голове всю дорогу роилась куча мыслей – и нужных, и бесполезных. Они рождались сами, и избавиться от них не было никакой возможности…
На меня были обращены задники мужских черных туфель на плоской подошве. Такую обувь по большей части носят два типа мужчин – одни из них высокого роста, поэтому каблук им не нужен; а другие – это начальники. Ну а начальники меряются уже не ростом, а своим имуществом. Причем начальники мелкой и средней руки сравнивают имущество, а крупные начальники сравнивают капитал. Будь то имущество или капитал, когда их размер достигает определенной отметки, владельцы все как один становятся высокими, красивыми и талантливыми.
После побега в Шэньчжэнь мне еще ни разу не встречался настоящий босс, хотя я была наслышана о таких от Ли Цзюань, Цяньцянь, а также от отца и сына Лю. Чаще всего мне рассказывала про них Цяньцянь, причем информация из ее уст была самой оригинальной.
Как-то раз она со знанием дела принялась объяснять:
– Мужчины-боссы никогда не станут носить туфли на каблуке, опасаясь, что из-за этого на них будут смотреть свысока. Известные бренды никогда не выпускают для мужчин модели на каблуке выше среднего, поскольку их обувь покупает исключительно элита. В наше время элитарность определяется сугубо количеством денег.
Помнится, Ли Цзюань ее переспросила:
– Ты так в этом уверена?
На что Цяньцянь тут же ответила: