– Креветка, – ответила я.
– Что еще за креветка?
– Рачок.
– Думаешь, я не видела рачков?
– Это просто другой вид… называется лобстер, ты разве не любишь креветки?
– Я люблю обычные розовые креветки! Когда это я тебе говорила, что люблю лобстеров? Я такого и представить себе не могла!
– Да какая разница, все одно – креветка! Почему бы не попробовать другой вид креветки?
– Фан Ваньчжи, ты чего творишь? Думаешь, мне приятно тратить твои деньги? Тебе их что, ветром принесло? Или… ты их выиграла в лотерею?
Я не знала, что еще сказать, чтобы она испытывала от еды такое же удовольствие, как и я, и тогда, решив подыграть, я с самым серьезным видом заявила:
– Сестра, да забудь ты уже про деньги и наслаждайся, так уж и быть, скажу правду: я сорвала джекпот!
– Врешь!
Она, естественно, не поверила.
– Да чтоб мне провалиться на этом месте! Однажды на меня что-то нашло, и я прикола ради купила билетик. И что ты думаешь? Я выиграла четыре тысячи юаней, считай, что мне их и правда ветром принесло! И тут приехала ты, ну как не отметить такое событие? Мне так повезло, разве я не могу отметить это дело?
– Но…
– Никаких «но», просто радуйся и наслаждайся вместе со мной!
Ее глаза наконец приняли прежнюю форму, и она сдалась:
– Хорошо, тогда я ни о чем больше спрашивать не буду.
После этого она принялась вместе со мной уплетать деликатесы за обе щеки.
Когда принесли счет и она услышала, что я потратила больше семисот юаней, ее глаза вдруг снова сузились до размеров финиковой косточки.
Поскольку с количеством блюд я перестаралась, то многое нам упаковали с собой.
По дороге назад она продолжала на меня шуметь:
– В следующий раз запрещаю тебе так шиковать, считай, что мы вдвоем слопали треть свиньи, целую треть свиньи!
– А вдруг ты когда-нибудь тоже выиграешь в лотерею! – смачно рыгнув, ответила я.
Поскольку днем мы обе как следует отоспались, то, когда вернулись в гостиницу, нас по-прежнему переполняла бодрость, однако особых дел у нас не было.
Тогда я предложила сходить в кино.
Она этому очень обрадовалась и весело поддержала:
– Пойдем!
После кино я прикупила несколько баночек холодного пива.
Вернувшись в номер, мы по-прежнему не хотели спать. Успев проголодаться, мы выставили на стол принесенные с собой контейнеры с едой и, попивая пивко, принялись закусывать и болтать.
Без всяких околичностей я прямо ее спросила, не стряслось ли чего дома.
Она ответила, что ничего серьезного не случилось, но кое-что ее из колеи выбило.
– Как родители? – попыталась уточнить я.
– Более-менее. Один отзывчивый репортер поместил в газете заметку про то, что мой отец получил на работе травму, этим заинтересовался один адвокат, который бесплатно помог отцу выиграть дело и даже получить компенсацию в сотню с лишним тысяч.
– Здорово, здорово! – забарабанив по столу, воскликнула я. – Надо за это выпить!
Мы тут же отхлебнули по большому глотку.
– А как братишка? – снова спросила я.
– Все так же. Пока родители рядом, о нем есть кому позаботиться, а когда их не станет, с ним буду нянчиться я. Такие, как он, считаются инвалидами, когда ему исполнится восемнадцать, администрация выплатит ему страховой взнос, для жизни в деревне этого будет вполне достаточно. Хотя провинция Хэйлунцзян считается бедной, конкретно наш уезд относительно богатый, так что с этим мы разберемся.
– А как твои дела… с командиром Чжоу?
В ее глазах тут же заблестели слезы, и она замотала головой.
Я взяла ее руку в свою и умоляюще попросила:
– Рассказывай уже все как есть, не держи на сердце.
Она медленно повернулась ко мне и, криво улыбнувшись, печально произнесла:
– Мы с тобой, считай, сестры, мне нечего от тебя скрывать, но давай не сегодня, я… в общем, я пока не готова…
Я тут же поняла, почему она так исхудала, мне вспомнилось, как командир Чжоу приглашал нас троих на ужин, а еще как мы с Цяньцянь составляли Ли Цзюань компанию, чтобы проводить командира Чжоу, – конечно же, я понимала, что любовь не всегда, как того желают люди, перерастает в брак, что все меняется, но мое хорошее впечатление о командире Чжоу вдруг разом изменилось.
– Не хочешь, и не надо, выбрось его из головы. Мало, что ли, у нас мужиков, как по мне, так он не очень-то тебе и подходил, и вообще, он уже был женат, у него даже ребенок есть, впредь обходи таких подальше…
Успокаивая ее, мне казалось, что я рассуждаю, как какая-та деревенская баба.
– Родители, переживая, что я на чужбине буду во всем себя ущемлять, заставили меня принять от них двадцать тысяч юаней. Так что, если понадобятся деньги, ты только скажи… – резко сменила тему Ли Цзюань.
Мне тут же захотелось поделиться с нею своей радостью о том, что купленные мною акции выросли в цене. Но я вовремя опомнилась и проглотила готовые сорваться с языка слова. По сравнению с ее двадцатью тысячами у меня денег было гораздо больше. И что я ей скажу, откуда у меня такие сбережения? В моем случае объяснить это в двух-трех словах не получится.
Даже мысленно я была совершенно не готова к тому, чтобы взять и откровенно изложить ей все обстоятельства своей жизни.
И это меня удручало.