- Если ты останешься с ним, мы никогда с тобой больше не увидимся. Ты продолжишь жить как прежде, но каждую секунду будешь мучиться о какой-то другой жизни, которую мог иметь, но все проворонил. Если ты пойдешь ко мне, я подарю тебе все радости крепкой семьи. Ты встретишь меня у роддома, возьмешь на руки нашего сына, и в тот момент окончательно и бесповоротно поймешь, что не ошибся в выборе. Я буду тебе верной спутницей, помогу сделаться самой лучшей версией самого себя, какая только возможна. Без меня тебе никак не стать ею, и в глубине души ты это прекрасно понимаешь. Рядом со мною тебя ждет тихое счастье, уважение соседей, каждодневная радость вкусного ужина и выглаженной рубашки, премии и бонусы от начальства - я подберу тебе самого лучшего начальника, который нас достоин. Мы вместе будем открывать мир. Ты еще достаточно молод и вполне умен, чтобы через несколько лет стать хорошим, высокооплачиваемым специалистом. Мы и наши дети поедем в Париж, Рим, Амстер…, нет, нафиг, пусть будет Лондон. Я дам тебе лучшую жизнь, которой ты достоин.
- И ты взволновала меня, Айгуля. Я буду думать.
И я стал думать. Сев на кровать (Боб Марли так и не выпустил мою ногу, а Айгуля продолжила соблазнительно танцевать), я стал соображать, кому лучше верить. Оба говорили дело, оба соблазняли умеючи. Очень жаль, конечно, что нельзя их подружить. Но это была бы совсем сказочная жизнь, на грешной земле так не бывает. А значит, действительно надо выбирать.
С одной стороны, Боб - прикольный чувак. Покурить с ним всегда можно, мозги не парит насчет работы, там, или карьеры. С другой, конечно, без Айгули тоже уже не могу. Может, монетку кинуть? Я вынул из кармана монетку, подкинул, но она не упала, а зависла в воздухе и стала медленно крутиться.
- Ладно, - нервно крикнул я, - доведете меня, чертяки. Я выбираю…
Тут я проснулся. Было уже утро. Солнце начало раскалять комнату. Голова болела. Я сел на кровати. Надо же, приснится хрень такая.
За завтраком я рассказал Ермеку этот сон.
- Что он может означать, как думаешь?
- Знаю, только не знаю, как тебе сказать, чтобы ты не обиделся.
- Блин, опять выдумал что-то. Ладно, говори, не ссы, не огорчусь.
- Ну, Айгуля твоя - она девушка, правильно? А этот Боб - он же мужик? Ну, получается, тебе надо выбирать между бабой и мужиком. Понимаешь?
- Что? Пошел ты на хрен, Зигмунд Фрейд. Мыслишь на уровне примитивных, самых очевидных ассоциаций. Явно там что-то иное имелось в виду. Подсознание хочет мне что-то сказать. Вообще, жуткий сон.
- Почему?
- Ну, обычно персонажи в снах длинных монологов не произносят. Скажут пару слов, какую-нибудь херню бессмысленную, и исчезнут. А тут прямо речь мне оба задвинули, да еще длинную, связную. Первый раз со мной такое. Реально не по себе. Сейчас в соннике гляну.
Но к чему снится Боб Марли, я так и не нашел. Так и остался этот сон необъясненным. Единственное, появилось стойкое ощущение, что я стою на распутье, правда, не понятно, на каком. Дурацкие сны, только настроение портят. И, кстати, почему у Боба Марли лицо было окровавлено, почему он был похож на Иисуса? Ерунда какая-то, бессмыслица.
Описанный выше сон был последним достойным упоминания эпизодом июля. Настал август. Он был поначалу такой же нудный и тягучий, как все последние дни, но на горизонте событий будто бы погромыхивала черная гроза. Липкими душными ночами я просто физически чувствовал, что развязка близится.
Числа седьмого или восьмого августа позвонила Айгуля, которой в черепную коробку забрела очередная дикая идея, и обрадовала меня новостью, что я должен поучаствовать в поэтическом вечере. Сейчас я соберусь с мыслями и силами и опишу все как было в следующей главе.
Конечно, я обрадовался ее звонку. Впервые после расставания она позвонила мне первая.
- Привет, - сказала она, - как дела?
- О, привет, Айгуля, любимая. Дела нормально, как сама? Как здоровье?
- Да хорошо все, не переживай. Как вы там перевоспитываетесь?
- Ударными темпами, сам поражаюсь. Сегодня вот заставил Ермека Тацита читать на бурятском, завтра в консерваторию собираемся, на рэп-переделку Чайковского.
- Опять бухаешь, что ли?
- Да просто шучу, что за гнусные намеки. С водкой покончено навсегда, теперь ты - моя водка.
- Туповатый комплимент, ну да ладно. Я, собственно, насчет вашего духовного развития и звоню. У меня племянник сегодня на поэтическом вечере выступает в Клубе поэтов. Сможешь меня сопроводить? Ермека тоже бери, ему полезно будет. Можете даже выступить там, я очень рада буду.
Конечно, я очень хотел увидеть Айгулю, но, блин, поэтический вечер? Если кто узнает, надо мной будет ржать весь край еще лет триста.
- В Семске что, есть Клуб поэтов? Реально?
- Вообще-то, это группа «Вконтакте», просто на один вечер кафешку сняли. Наши семские поэты собираются пару раз в год и читают свои стихи. Кто больше понравятся, тем дарят подарки. Ну, книги, там, блокноты, ручки. Я хочу сертификат на три тысячи в нашу донерную подарить.
