К тому же я пообещал принести деньги и пообещал взять старого соседа с собой заграницу. Первое обещание я сдержал, так что у Семёна Абрамовича есть все основания полагать, что я сдержу и второе.
— Я поговорил с нужными людьми. Завтра отнесу деньги, и ваша ставка будет сделана. Конечно, на выигрыш такое бы вряд ли взяли, но вот именно на такой счёт… Знаете, если вы выиграете, то ставка увеличится в десять раз. Куда вам столько денег, Петя?
— Чтобы увести одного пожилого еврея из страны, — усмехнулся я в ответ. — Хотя и зря вы рвётесь зарубеж. Там вряд ли лучше, чем у нас.
— Но там же есть колбаса, там есть вкусные и полезные вещи. А также медицина… — проговорил сосед.
— Не в колбасе счастье, Семён Абрамович. Но, не буду вас уговаривать. Как только мы всё сделаем — мы сможем с вами выехать. И вы тогда поймёте, что даже среди большого изобилия вам будет очень сильно не хватать кусочка чёрного Бородинского с лучком и селёдочкой!
Сосед только грустно улыбнулся в ответ:
— Может быть и захочу, но… Мне бы вырваться отсюда. Меня тут всё душит!
Я вздохнул:
— Семён Абрамович, уверяю вас — вы живёте далеко не в самой худшей стране мира. Да, у нас есть некоторые проблемы, но мы с ними справимся. Уверяю вас — справимся. А если оставим всё как есть и просто умчимся в другие страны, то… То что останется после нас?
— А что должно после нас остаться, Петя? Только покосившийся памятник, да ржавая оградка? И то, скоро и этого удовольствия будет не получить.
— После нас останется память, — улыбнулся я в ответ. — И чем лучше она будет, тем светлее станут воспоминания. Ведь что помнят про людей? В основном плохое. А если хорошее, то будут только приводить в пример. Вот как делает Михаил — приводит вас в пример Макару. Что вы всегда вежлив и невозмутим. А будет ли подобное на новом месте? Вряд ли.
— А мне хочется верить, что на новом месте всё будет хорошо. Всё будет по-новому, — заулыбался в ответ Семён Абрамович.
Я похлопал его по плечу и в этот момент раздался звонок в дверь. Кого принесла нелёгкая? Ведь у остальных домашних есть свои ключи. Мы переглянулись, а Семён Абрамович тут же спрятал свёрток со стола в авоську, а саму авоську быстро положил под тощую подушку.
Всё одно убирать больше было некуда.
Да уж, паникёр ещё тот. Впрочем, в связи с происходящими вокруг меня танцами, можно было бы мне тоже прокачать хотя бы осторожность. Но я и так был осторожен по максимуму. Это перед Семёном Абрамовичем старался показаться этаким раздухарившимся героем, но на самом деле всё было просчитано и продумано.
Ну что же, деньги были «тщательно убраны», поэтому мне оставалось только принять нежданных гостей. Вернее, одного нежданного гостя.
На лестничной площадке стоял и смотрел на меня следователь Митрошин. Тот самый, который поздравлял меня и вручал Почётную Грамоту. Смотрел сумрачно, как будто прицеливался и прикидывал — как лучше мне зарядить в лоб?
— Добрый вечер, товарищ следователь, — произнёс я. — Несказанно удивлён вашему визиту.
— Можем пройти в вашу комнату, товарищ Жигулёв? — вместо приветствия произнёс он.
— Даже так? Ну что же, мне скрывать нечего. Пожалуйста, проходите, — я пропустил его мимо себя.
Ух, если бы следователь только знал, что на самом деле мне есть чего скрывать и это «что-то» находится всего в нескольких шагах…
Мы прошли в мою холостяцкую берлогу. Так как я сюда только приходил ночевать, то особых украшений и ремонта делать не стал. Всё оставалось примерно также, как при моём появлении здесь.
— Могу вам предложить чай, — сказал я и развёл руками. — Увы, кофе давно не выбрасывали, поэтому… Если вы голодны, то быстренько макароны с тушенкой сварганю.
— Не нужно, — покачал следователь Митрошин головой. — Я сыт и жажды не испытываю. У меня к вам есть всего несколько вопросов…
Он прошёлся по комнате, просканировал её профессиональным взглядом. Посмотрел на корешки книг. В общем, сделал всё то, что до него делал офицер КГБ. Похоже, эти действия были прошиты на подкорке сознания.
— Дык чего вы сами? Я мог и с работы отпроситься, если уж возникла такая крайняя нужда, — я придвинул стул к столу, смахнул с него мелкие крошки. — Вызвали бы к себе, чего зря ботинки стаптывать?
— Хотелось посмотреть, как вы живёте и вообще… — следователь неопределённо покрутил пальцем в воздухе. — Так что, вы готовы ответить или будете ждать вызова?
— Конечно же готов! — я едва не выдал пионерское приветствие.
— Что-то вы странно веселы для человека, который недавно отработал смену на заводе, — прищурился следователь. — Может, для вас норма стала слишком маленькой? Или вы работаете, спустя рукава?
— Ну что вы, наоборот — пашу как конь! Должен же я отрабатывать полученную Почётную Грамоту. Ведь на меня теперь равняются люди в сборочном цеху, — я чуточку утихомирил улыбку.
Следователь вздохнул. Вытащил сигареты, огляделся. А вот нету пепельницы! Я как решил завязать с сигаретами, так сразу же убрал все предметы, которые напоминали бы мне о курении.
— Секунду, — я кивнул, подорвался и выскочил в коридор.
