Корейская война не была первой у Рэндалла. Он находился в бараках недалеко от аэродрома Уилера, когда японцы разбомбили его на пути к Перл-Харбор, и сражался на Соломоновых островах, пока его не отправили в Европу вместе с другими военнослужащими для послевоенной оккупации. Он вернулся в Штаты сержантом и с татуировкой голой девушки в бокале шампанского на левом предплечье, которая обнажала грудь, когда он сжимал кулак. Несмотря на затянувшиеся бои и год борьбы с малярией, он все равно планировал продолжить службу в армии.
В 46-м Рэндалл Бриер встретил Эстер Долдри из Юстиса, что во Флориде, и женился на ней спустя шесть недель. Ему плевать было, что его высокомерные и клановые родственники из Новой Англии не одобряли брак с деревенской девчонкой с Юга. Рэндалл отправил их подальше и отвез невесту на военную базу. Думал так: раз война позади, страна сейчас будет отдыхать, а значит, ему, жене и новорожденному будет лучше под военным крылом. Армия позаботится о них лучше, чем его узколобые родственники. И тут случилась Корея.
Снайперы делают окопы на горной гряде. Холмы на заднем плане типичны для местности; крайне сложны для прохождения танков и БТР. Министерство обороны
Еще на Еуадалканале Рэндалл привык к длинным периодам мучительной скуки, перемежаемой внезапными приступами смертельной битвы. Он понимал, как тяжело сопливым паренькам постоянно находиться в состоянии боевой готовности, когда врага целыми днями и в помине не было. В этом смысле война в Корее мало чем отличалась от тихоокеанской заварушки. Но корейская гористая бесплодная местность и лютая жара, посередь жестокой гражданской войны, казались ему более опасными, чем влажные джунгли Соломоновых островов, где он воевал с японцами и подхватил малярию.
Отряд развернули возле деревушки Чире, примерно в тридцати милях от временной столицы Тэгу. Услышав о приказе генерала Уокера, Бриер понял, что отряду и еще нескольким недоукомплектованным ротам предстоит встретиться с тремя дивизиями КНА на пути к столице. Как будто этого было мало, хитрый и коварный инмингун нападал обычно на рассвете, когда света было уже достаточно для солдат, но при этом мало для самолетов. Целью врага было подобраться как можно ближе к американским позициям. Тогда с наступлением дня ВВС не сможет атаковать корейцев, не задев при этом своих. На этом этапе войны ветераны вроде Бриера поняли, что если бойцы инмингун ухитрятся обезвредить пулеметы и если гранаты их не возьмут, рекруты останутся один на один со зловещими винтообразными штыками. Бриер надеялся и молился, что мальчишкам повезет избежать этого ужаса. Иначе они не выживут.
Каждый раз, когда его взвод окапывался, Бриер знал, что если отряд на соседнем холме не сможет удержать позицию, его парни здорово влетят, их, скорее всего, окружат. А еще он знал, что ни в коем случае нельзя сдавать дорогу и железку до Тэгу, который находился лишь в нескольких милях позади них. Эта дилемма не давала ему спать по ночам. Да, ходили разговоры о возможном подкреплении из Пусана, возможно, подтянутся морпехи, но пока Бриер никого из них не видел.
Отряд провел несколько удушающих дней на безымянном холме в ожидании атаки, которой все никак не было. Затем пришел приказ отступать. Северокорейские патрули были замечены к северу, востоку и западу от них. Поговаривали также, что враг может напасть из долины внизу.
Остальной батальон уже передислоцировали на несколько миль к югу, в локацию побезопаснее. Артиллерию перетянули защищать Тэгу. Отряд оказался в подвешенном состоянии на гряде, напоминавшей большой палец. Если инмингун решат напасть сейчас, их ничто не остановит. Приказ отступать пришелся как нельзя кстати.
Отряд занял холм вместе с внушительным арсеналом и снаряжением: ведь изначальный план был удерживать этот и еще несколько соседних холмов, которые вместе формировали более-менее прямую линию обороны. Но теперь план изменился, другие отряды, по правую и левую от них стороны, уже отступили, оставив парней с большим количеством оружия, чем они могли унести. Прежде чем Бриер успел хоть с кем-то обсудить эту проблему, Пейтон собрал сержантов и нескольких капралов возле кучи боеприпасов.
– Командование батальона хочет, чтобы к вечеру нас здесь не было, – буднично объявил он. – Транспорта нам не дадут, поэтому я хочу, чтобы кто-то остался здесь и присмотрел за всем этим. Добровольцы есть?
Остальные пожали плечами и посмотрели в сторону: никому не хотелось оставаться в этой дыре, пока отряд уходит в более безопасное место. Пейтон посмотрел на первого сержанта Бриера.
– Где венгр? – проорал он.
