– Ага, чтобы сорваться и разбиться в лепёшку? Нет уж, спасибо! – взвизгнул Туни, ещё сильнее впиваясь в её плечо когтями.
Кинджал, который очень любил американские горки, наслаждался вовсю. Одной рукой он держался за украшенную драгоценными камнями сбрую, а другой прижимал к себе Шипучку.
– Эй, Туни! – крикнул мальчик, видимо, решив всех немного приободрить, пока Снежок и Раат падали и взлетали, петляли и кувыркались, пытаясь увернуться от стремительных стрел. – У какой птицы в имени есть верёвка?
– Не сейчас, братишка! – охнула Кийя, крепко обхватив за шею Снежка, который практически перевернулся вниз головой.
– Альбатрос! Понятно? – расхохотался Кинджал, крутясь вместе с Раатом вокруг собственной оси. – Альба-трос!
Туни, сразу позабыв про страх, сорвался с плеча Кийи, желая переплюнуть Кинджала с его глупой шуткой.
– Эй, Кинджал, а почему фламинго стоит на одной ноге?
Кийя бросила на него бешеный взгляд:
– Ну конечно, ты же можешь летать! Нечего было протыкать меня насквозь своими когтями!
Раат снова сделал мёртвую петлю, чтобы спастись от стрелы, и Кинджал радостно ухнул.
– Не знаю! – ответил он. – Ну и почему фламинго стоит на одной ноге?
Туни как ни в чём не бывало плюхнулся подруге на плечо:
– Потому что он упадёт, если поднимет обе ноги одновременно!
Стражники осыпали беглецов стрелами и предупреждениями, выкрикивали оскорбления в сторону Кийи и Кинджала, обзывая их выскочками, которые хотят захватить трон. Мама близнецов пришла бы в ярость, услышав, какими словами их называют.
Кийя, которая не выносила неточности, не смогла промолчать:
– Больно мне надо становиться принцессой! Но факт остаётся фактом, Ронту – наш родной дядя!
– Он украл престол у нашего Па! А перед этим отправил всех своих братьев в изгнание! – заорал Кинджал. – Ваш царь – лузер!
– Ложь! – завопили стражники, и кроколёты завертели хвостами-булавами в знак согласия.
Шипучка испуганно тявкнула – один из воинов выхватил что-то вроде спички и через миг пустил в беглецов пылающую стрелу. Она пролетела так близко, что чуть не подпалила гриву Снежку, и Кийя ощутила её жар у лица.
– Мы не можем играть с ними в догонялки бесконечно! – задыхаясь после всех кувырков и петель, проговорил Снежок. – Теперь они ещё и стрелы поджигают!
– Сейчас самое время использовать волшебство! – крикнул Раат.
Он тоже тяжело дышал, и на губах у него выступила пена.
– Волшебство? Откуда же его взять? – воскликнула Кийя. – Я слишком далеко от земли, чтобы колдовать!
– А я могу только дождь вызвать, но он и так льёт не переставая! – откликнулся Кинджал.
– На меня не смотрите! У меня из волшебного лишь чувство юмора, – прокудахтал Туни.
Шипучка что-то пролаяла, но её никто не понял.
– Постойте! – Кийя принялась лихорадочно рыться в рюкзаке со съестными припасами. – У меня есть частица волшебства, только не знаю, как она нам поможет!
Наконец она вытащила старый потрёпанный сборник индийских народных сказок «Тхакурмар Джули», который близнецы получили от Па. В их первое приключение, когда Кинджал открыл эту книгу в Нью-Джерси, она превратилась в своего рода маяк, на чей свет примчались и Великий Вздор, и Снежок с Раатом. Второй раз близнецы открыли «Тхакурмар Джули», когда подозрительная пакхираджа генерал Гхора заманила их в ловушку под Небесным озером, – волшебные страницы помогли детям вырваться из-под воды. И теперь Кийя открыла книгу, точно не зная, что будет дальше.
– Шаг в неизвестность! – объявила она, вскидывая «Тхакурмар Джули» над головой.
Энергия, мощной струёй ударившая из книги сказок, расчистила воздух и наполнила его светом. Дождь кончился – пусть и ненадолго, – и небо посветлело, словно вышло солнце. Стражники торопливо закрыли глаза руками, как будто свет их слепил, и перестали стрелять огненными стрелами.
– Это наш шанс! – заржал Раат. – Бежим!
И кони устремились вперёд со всей возможной скоростью, оставив растерявшихся преследователей далеко позади. Кийя держала книгу так, чтобы та продолжала сверкать в глаза стражникам. Старые сказки сияющей стеной закрыли друзей от опасности.
Царица Пинки ждала их в уединённой роще в глубине леса, стоя у ручья, вьющегося среди древних деревьев. Она была так же прекрасна, как и во время их последней встречи во дворце, – в шитом золотом шёлковом сари, с длинными ноготками, пышными волосами; с огромными чёрными глазами и алыми губами. Царица закрывалась от дождя хорошеньким маленьким зонтиком.
При виде измученных, очумелых лиц всей компании она сразу перестала улыбаться.
– Их заметили стражи? – спросила Пинки у Тунтуни, который перелетел от Кийи на её плечо.
– Я их предупреждал, чтобы не летели так низко! – пожаловался Туни, в волнении уронив несколько перьев из хвоста. – Я не виноват, честное слово!
– Никто не виноват, кроме этого ужасного царя Ронту! Его надо остановить! – крикнула Кийя, соскакивая с потного, задыхающегося Снежка.
– Это уж точно, – согласился Тунтуни и, распушив крылья, стал похож на жёлтый шарик на плече у царицы.
