– Я хотела предупредить о плакатах «Разыскиваются…», а вы остроумно спустились вниз, чтобы посмотреть на них, и моё предупреждение потеряло смысл. – Царица раздражённо сверкнула глазами в обрамлении чёрных ресниц.
Пинки сердилась, но было очевидно, что она всё равно старается помочь. Кийя почувствовала себя ещё более виноватой.
– Это из-за меня. Я хотела посмотреть на плакаты. И коней на водопой тоже я отправила. Извините меня.
– Все мы иногда ошибаемся, – похлопал её по плечу Кинджал.
– Спасибо, – шмыгнула носом Кийя.
– Просто некоторые любят изображать, что они безупречны, поэтому, ошибаясь, переживают сильнее остальных, – продолжил Кинджал.
Кийя сбросила с плеча его руку:
– Будем считать, что я тебя не благодарила.
– Эти ваши здоровенные кони выглядят ужасно, – чирикнул Тунтуни.
И правда: Снежок ходил и ходил кругами, а Раат хрипел и кашлял, тяжело навалившись на дерево. Расстроенная Шипучка то и дело подбегала к коням и тыкалась в них носом, а потом, скуля, возвращалась к близнецам.
– Да, их срочно надо вернуть домой, – заволновался Кинджал. – Принцесса придумает, что делать.
– Но как мы доберёмся до Небесной горы, когда они в таком состоянии? – У Кийи сжималось горло и жгло глаза от тревоги и чувства вины. – Они же не могут лететь.
– Ну ладно, так и быть! – Царица со щелчком закрыла зонтик.
– Что так и быть? – спросила Кийя, пытаясь сглотнуть ком в горле.
– Я отправлю вас на Небесную гору, – раздражённо буркнула царица, и Шипучка снова залаяла на неё. – Только не говорите потом, что я не предупреждала!
– Но как вы нас отправите? – спросил Кинджал.
– Мне кажется, они ещё не готовы, – заметил Тунтуни.
– Не готовы к чему? – растерялась Кийя.
– Вот к чему! – ответила царица Пинки.
Пробормотав волшебное заклинание, она крутанулась вокруг своей оси и вдруг из прекрасной, но вполне обычной женщины превратилась в ещё более прекрасную ракшу с длинными клыками, стальными когтями и острыми рогами!
– Ты! – завопил Кинджал.
Шипучка лаяла, как безумная.
– Это ракша из сокровищницы! Та самая, которая пыталась убить Шипучку! – завизжала Кийя.
– Ну, «пыталась убить» – это всё-таки перебор, не стоит нагнетать… – начал Тунтуни тоном, который, наверное, казался ему успокаивающим, но на самом деле ни капли не успокаивал.
– Нет, это не перебор! – заорал Кинджал.
– Потому что она и правда пыталась убить Шипучку, – вставила Кийя, пятясь и подтягивая к себе брата.
– Овощи, овощечистка, – важно протянул Туни, помахивая жёлтым крылом.
– Чистка, чистюля, – ухмыльнулась, сверкнув всеми своими клыками, Царица.
– Тюль, – бросил Тунтуни.
Кийе вдруг показалось, что они часто так играют в цепочку слов.
– Прекратите! – завопила она.
Услышав шум, Снежок и Раат вскинули было головы, чтобы посмотреть, что происходит, но тут же снова уронили их, постанывая и вздыхая.
– Послушайте, я не собиралась убивать вашу псинку-пташку-и коняшку, – презрительно фыркнула Пинки, полностью принявшая облик ракши. Между её алыми губами блеснули длинные белые клыки.
Жестом модели в процессе дефиле Царица откинула за спину длинные чёрные кудри. Причудливого такого дефиле, в котором участвуют модели с клыками, рогами и когтями.
– Шипучка не псинка-пташка-и коняшка! – крикнул Кинджал, придерживая свою любимцу, чтобы она не наскакивала на Царицу раккошей.
– Факт есть факт, вы на неё напали! – Кийю трясло от ярости и страха.
– Ну совсем чуть-чуть, – фыркнула Царица Пинки, морща нос. – Капельку,
– Чуть-чуть напали? – возмущённо повторил Кинджал. –
– Тебе же только что это сказали, – пробормотал Тунтуни. – Ты что, эхо?
– Следы укусов были? – поинтересовалась Царица Пинки, словно это был самый естественный вопрос на свете.
– Следы укусов?! – Кийя не поверила собственным ушам. – Вы это серьёзно?
– Если укусов нет, – произнёс Туни, изображая адвоката, – придётся начать сначала.
– В каком смысле? – крикнул Кинджал.
– Честное слово, сам не знаю, – признался Туни, потирая крылом пушистый подбородок. – Я ведь на юриста не учился. Вступительные экзамены не так уж и просты, а условия приёма явно придуманы теми, кто предубеждён против птиц.
Похоже, Шипучка была полностью солидарна с администрацией юридических курсов, поскольку зарычала и щёлкнула на Туни зубами. Тот мигом взлетел на высокую ветку, подальше от собачьих зубов.
– Вы устроили переполох из-за ерунды, – на редкость терпеливо принялась объяснять Царица раккошей, потирая грудь, словно её мучила изжога. Кийя запомнила этот жест с их прошлой встречи. – И, если уж быть честной до конца… Почти нападая на это чудо-юдо, которое порхало так, будто у него перебито крыло, я не знала, что вы – дети Арко.
– Разве это оправдание? – возмутилась Кийя. – Вы в любом случае не должны были нападать!
Кинджал закрыл собачьи уши ладонями:
– И не говорите гадости о её манере летать! Она очень болезненно это воспринимает.
