Близнецы поведали принцессе Пакхирадж о том, что творится в Стране пери. О множестве больных русалок и полчищах больных и мёртвых рыб, а также других морских обитателей. Потом ребята рассказали о своей странной встрече с угрями, которые хвастались, что работают на Шешу. О плакатах царя Ронту «Разыскиваются…» и о том, кто такая на самом деле царица Пинки. В конце они сообщили о выводах, которые сделала Кийя насчёт дождя, и о том, что он загрязняет воду.
– Но Пинки не верит, что царя можно убедить закрыть фабрики, – объяснил Кинджал.
– Кстати, Пинки шлёт вам привет, – вставила Кийя.
Вместо ответа принцесса лишь странно фыркнула, – ребята не поняли, что это значит.
– Конечно, царь не догадывается о том, кем является Пинки на самом деле, – заметила принцесса. – Он думает, она обычный человек.
Кийя нахмурилась. Она ещё не решила для себя, как относиться к Пинки. Сначала Царица почти напала на Шипучку, но потом помогла – или попыталась помочь – близнецам убежать от стражников Ронту (а сегодня она сделала это во второй раз). И, главное, Пинки перенесла тяжело больных Раата и Снежка домой на Небесную гору.
– Царица Пинки совершила много плохих и много хороших поступков, – проговорила, наконец, девочка.
– Это точно, – согласился Кинджал. – Она совсем не похожа на сказочную злодейку. Чрезвычайно многомерная и многоплановая.
Кийя покосилась на брата.
– А ещё мне надо кое в чём признаться, принцесса.
Кинджал нервно откашлялся:
– Может, не надо?
Но Кийя отрицательно замотала головой:
– Раат и Снежок попали в беду из-за меня. Это я попросила их опуститься пониже, чтобы рассмотреть плакаты, которые установили стражники Ронту. Если бы я не велела пакхираджам спуститься, нас бы не заметили, и тогда им не пришлось бы мчаться с такой скоростью, да ещё совершать фигуры высшего пилотажа. Они так устали, что я совсем забыла про загрязнённую воду… – Голос Кийи дрогнул. – Я испугалась, что у них будет обезвоживание, и предложила попить отравленной воды из ручья.
Некоторое время принцесса Пакхирадж молчала, внимательно вглядываясь в лицо девочки. Кийя чувствовала, как взгляд принцессы проникает ей в самую душу. Она старалась не заплакать, но слёзы сами собой хлынули по щекам – Кийе казалось, что у неё сейчас разорвётся сердце. Кинджал стоял рядом, готовый поддержать сестру, но сейчас девочка почти не думала о нём. Она не сводила взгляда с огромной лошади-пакхираджа. Простит ли её принцесса? Или нет?
Внутри у Кийи всё дрожало, как будто сама земля содрогалась под её ногами.
Наконец, после бесконечного ожидания, когда Кийя уже решила, что принцесса вышвырнет её из Небесного царства, Пакхирадж улыбнулась:
– Никто из нас не безупречен, не правда ли?
Кийя сдавленно всхлипнула. Её горячее лицо было мокрым от слёз.
– Правда.
– Я верю в твоё доброе сердце и знаю, что Раат и Снежок тоже в тебя верят, – сказала принцесса. – Нам остаётся только двигаться вперёд и делать всё, чтобы ни пакхираджи, ни водяные пери больше не заболевали.
– Но как это сделать? – спросил Кинджал, с тревогой глядя на Кийю.
Принцесса Пакхирадж принялась ходить туда-сюда, задумчиво помахивая крыльями. Вплетённые в её гриву бубенцы тихонько звенели, сквозь длинные пряди прорастали цветы и падали на землю.
– Мы не можем обратиться к царю Ронту с просьбой закрыть фабрики. К тому же он вас не жалует, хотя вы его племянники.
– Он думает, что мы хотим занять трон, – пояснила Кийя, шмыгая носом.
– Больно нам это надо, – фыркнул Кинджал. – Ну то есть я не против того, чтобы мне целыми днями носили сладости на подносах, но все остальные царские ритуалы – тоска смертная.
Принцесса ударила тяжёлым копытом о землю, и бубенцы снова зазвенели.
– Некоторые люди так боятся утратить власть, что забывают про всё на свете.
– Но ведь жители Запредельного царства тоже скоро начнут болеть, – сказала Кийя. – Они никак не защищены от яда в дожде и воде.
– Они слишком ограниченны, чтобы предвидеть это, – ответила принцесса.
– Шеша имеет к этому какое-то отношение, но вряд ли он обрадуется нам в своём подводном Змеином царстве и предложит помощь в борьбе с кислотным дождём, – сказала Кийя.
– Так что же нам делать? – спросил Кинджал у принцессы. – Ведь, насколько нам известно, это Шеша во всём виноват!
И он рассказал принцессе про Великого Вздора, который стал невидимым, но явно тоже был связан с отравлением воды.
– Великий Вздор? – Разноцветные крылья принцессы взметнулись вверх подобно бровям. – Хм-м… любопытно. Так ты говоришь, любимый монстр-игрушка Шеши больше не принимает какой-либо облик, но влияет на чувства других через ядовитый дождь?
Близнецы закивали.
– Интересно, что Шеша такого сделал, что Великий Вздор решил развоплотиться? – задумалась принцесса. – Наверное, ужасный змей так сильно его огорчил, что Вздор задумал огорчить всех остальных.
