– Обхохочешься! – Снежок чуть не подавился серым облаком, проплывшим у него прямо перед мордой.
Кажется, гора была против того, чтобы они на нее поднимались.
Дорога к Майя Пахар стала опасной и ненадёжной. Облака постоянно заслоняли обзор, земля осыпалась под ногами. Деревья теснились, загораживая проход и внезапно роняя путникам на головы пушистые розовые плоды. Обиднее всего было то, что облака явно издевались над ними и пронзительно хихикали каждый раз, когда кто-то из друзей запинался или падал.
– Странное место, – бормотал Кинджал. – Никогда не читал ни о чём подобном.
– Да что ты говоришь! – Кийя отодвинула ветку, лезущую в глаза, но та, спружинив, шлёпнула её по щеке. – А как бы нам сейчас пригодились твои боевые ленивцы!
Кинджал рассмеялся и тут же закашлялся, поскольку облако плясало у него перед носом.
– Действительно, у них лапы длинные. Они могли бы убирать с пути ветки и облака.
– Зачем мы вообще туда лезем? Это так далеко, – неожиданным для него сварливым тоном произнёс Снежок.
Белый конь вдруг остановился с таким видом, словно собирался повернуть назад.
– Всё равно мы не найдём Вздора, – подхватил Раат, тоже останавливаясь, и нетерпеливо ударил себя хвостом по бокам, как будто отгонял мух. – Возвращаемся.
Шипучка пронзительно залаяла.
– Ты права, малышка, – воскликнула Кийя. – Это говорите не вы, пакхираджи! Это действует на вас Великий Вздор! Значит, мы уже близко к цели. Пора включать волшебную защиту принцессы.
– Эй, ребята, как называется собака-фокусник? – пискнул Тунтуни, который снова ехал на спине у Шипучки.
– Ты нам уже загадывал это, Туни, – со смехом простонал Кинджал.
Но жёлтая птичка сделала вид, что не слышит:
– Лабракадабрадор!
Шипучка разразилась возмущённым лаем.
– Ну хорошо, собака-фокусница, – согласился Туни. – Я готов исправиться. Собака-фокусница называется лабракадабрадорка!
– Всем приготовиться! – крикнула Кийя, выхватывая из рюкзака граммофончик ичха-чапы. – Самое время закрыться от воздействия Великого Вздора!
– И чем этот цветочек тебе поможет? – презрительно фыркнул Раат.
– В любом случае это ничего не изменит, – хмыкнул Снежок.
Пакхираджи не сдвинулись вперёд ни на шаг, но и назад не повернули.
– Цветок изменит, – терпеливо объяснила Кийя. – Мы придумали эту защиту вместе с принцессой Пакхирадж.
– Мы становимся равнодушными, потому что приближаемся к Великому Вздору, – повторил за сестрой Кинджал. – Я это тоже чувствую. Кажется, что всё безнадёжно, незачем даже пытаться. Да кому это нужно?
– Ну и как нам изменить свои чувства? – спросил Раат, зевая во весь рот. – Всё глупо и бессмысленно.
– Тупо и бесполезно, – добавил Тунтуни, почесав жёлтый затылок.
– Скучно и безразлично, – фыркнул Снежок.
– Смехотворно и бесцельно, – вздохнул Кинджал.
– Так чувствуют себя все, кто встречается с Великим Вздором, – сказала Кийя. – Кроме водяных пери. Их волшебство каким-то образом защищает от апатии.
И она приосанилась, довольная, что сумела вставить в свою речь новое слово, но никто этого даже не заметил. Девочка вздохнула. Какой во всём этом смысл, в конце-то концов?
– Ну так, может, всё-таки повернём домой? – предложил Раат.
– На Небесную гору, – опустил уши Снежок.
– Во дворец к царице Пинки, – исправил его Туни.
– В тёплые кроватки у нас в Нью-Джерси, – сонно пробормотал Кинджал.
Шипучка гавкнула и замахала хвостом, представив свою уютную лежанку в Парсиппани.
– Стоп! Всем стоять! Мы ещё не выполнили поставленную задачу! – твёрдо сказала Кийя и со всей силы дунула в цветок, как в трубу.
Чудо-вихрь вырвался из ичха-чапы и мигом окутал друзей, заставив их замолчать. Цвет волшебства пакхираджей отличался от пастельной окраски ехидных облачков Майя Пахар. Яркие чистые цвета, несущие любовь и исцеление, обернулись вокруг друзей, как край маминого шёлкового сари, подоткнулись, как тёплое одеяло, убаюкали и придали сил сопротивляться унылым чарам Великого Вздора.
– Погоди! У тебя появилась чешуя! – Снежок вытаращил глаза на Раата.
– У тебя тоже! И жабры! – заржал Раат, уставившись на Снежка. – Кийя! Что ты с нами сделала?
– Шипучка, у тебя есть плавники! – Глаза Тунтуни стали круглыми, как блюдца.
Собака залаяла на пернатого друга.
– Она говорит, что у тебя они тоже есть, – перевела Кийя.
– И блестящие хвосты! – воскликнул Кинджал, глядя туда, где у его сестры раньше были ноги.
– На этот раз ты тоже с хвостом! – вздёрнула бровь Кийя.
И это была чистая правда! Волшебство цветка ичхи-чапа превратило их всех в русалок. У Раата, Снежка и Шипучки остались крылья и передние ноги, но появились хвосты и плавники. Кийя и Кинджал стали водяными пери, а самым смешным получился Тунтуни. Верхняя половина у него была птичья, с крылышками, а нижняя – с маленьким жёлтым хвостом, как у русалки.
– Поняв, что волшебство водяных пери оберегает их от Великого Вздора, мы решили, что оно защитит и нас, поддержит и подбодрит на пути к вершине Майя Пахар, – объяснила Кийя.
– Но у нас теперь нет ног! – взвизгнул Туни.
