– Сестрёнка, я тебя, конечно, очень люблю, – зашептал Кинджал, морщась и не сводя глаз с чудовища, – но, прости, твоё чувство юмора…
Кийя бросила на него бешеный взгляд.
– Извини, это я так… да я ничего… – забормотал он.
– Какую загадку? Расскажи шуточную загадку! – закричал Великий Вздор, стряхивая слёзы с лица в горную долину.
Он с такой яростью замахал руками, что облака снова принялись закручиваться вокруг него, превращаясь в ураган.
– Он обрушит гору! – заржал Раат. Ветер бешено трепал ему гриву.
– Шути скорее! – завопил Снежок. – Как угодно!
– Я шучу! Шучу! – закричала Кийа, закрываясь руками от урагана и чувствуя, что ветер вот-вот оторвёт ей косички.
– Говори! – заверещал Туни, цепляясь за ошейник Шипучки. – А то как бы нам всем не заплакать!
– Ну ладно, хорошо. – Кийя снова облизала пересохшие губы.
Великий Вздор в ярости закручивал облака. Хорошо, конечно, что волшебство пери защищало друзей от апатии, но, к сожалению, оно никак не сдерживало могучие порывы ветра.
– Ну давай скорее! – потребовал Кинджал, крепко держась за Раата.
– Да, пожалуйста, – поддержал Раат, чьи крылья сами рвались в полёт.
– Кто всю жизнь трёт свою тень, но так и не становится пчелой? – Кийя очень старалась перекричать шум урагана.
Но Великий Вздор словно не замечал её. Девочка бросила на брата растерянный взгляд.
– Он тебя не услышал из-за ветра! – объяснил Кинджал. – Давай спросим вместе.
И они закричали хором на счёт три:
– Кто всю жизнь трёт свою тень, но так и не становится пчелой?
Чудовище по-прежнему не слышало их и крутилось всё быстрее и быстрее: ветер становился ураганным. Было ясно, что скоро друзей сдует с горы.
– Все вместе! – закричала Кийя. – Давайте спросим хором!
Близнецы, пакхираджи и Туни заорали одновременно изо всех сил:
– Кто всю жизнь трёт свою тень, но так и не становится пчелой?
И, наконец, чудовище их услышало. Оно перестало вращаться со скоростью торнадо, вихрь опал, и друзья снова увидели доито.
– Это шуточная загадка? – медленно спросил он, тяжело выдыхая воздух сквозь жёлтые зубы.
– Да, загадка, – кивнул Кинджал.
– Шуточная! – завопил Туни.
– Не обещайте слишком много, – чуть слышно пробормотала Кийя. – Не настолько она смешная.
– Начала, так договаривай, – поторопил её Раат.
– Называй смешной ответ, – сказал Снежок.
Доито тяжело плюхнулся обратно на вершину.
– Я не знаю ответа! Я никогда не могу угадать! Почему я никогда не могу угадать?
Он снова принялся плакать и громко завывать, разбрызгивая кислотные слёзы на землю.
– Не расстраивайся! Я тоже не знаю ответов на множество вопросов, – честно призналась Кийя. – И тоже иногда огорчаюсь из-за этого. Но это не страшно. Не стыдно не знать, стыдно не хотеть учиться!
Кинджал бросил на сестру понимающий взгляд.
– Ну так скажи ему, кто всю жизнь трёт свою тень, но так и не становится пчелой, и в следующий раз Велик поделится этой шуткой ещё с кем-нибудь.
– С Шешей! Я поделюсь с Шешей! – обрадовался доито.
При мысли о Шеше и пчёлах друзья с трудом сдержали хохот.
– Трутень, – с улыбкой сказала Кийя.
Доито тупо уставился на девочку, потом помрачнел, явно готовясь закрутить ещё один ураган.
– Берём хвосты в лапы, ребята, – тихо сказал Снежок.
Раат с тихим стоном замотал головой:
– В учебниках для пакхираджей ничего нет про хвосты. Жизнь меня к этому не готовила.
– Понял? Тру-тень, – втолковывал Кинджал. – Тру-тень, который живёт в улье.
Некоторое время Великий Вздор смотрел на него без всякого выражения, и вдруг его взгляд прояснился:
– Он трёт свою тень, потому что тру-тень! – Доито изобразил, будто трёт что-то между пальцами.
– Точно! – зааплодировала Кийя, и Кинджал тоже захлопал.
Остальные радостно заржали, залаяли и зачирикали.
– Мне понравилась ваша загадка. Смешная! – Великий Вздор тоже засмеялся и захлопал.
Когда все успокоились, Кинджал заглянул Вздору в лицо:
– Так почему же ты был такой грустный?
Доито тут же перестал улыбаться и снова шмякнулся на вершину. Кийе даже показалось, что облако под ним взвизгнуло от боли.
– Я думал, Шеша – мой друг.
– Но постепенно ты осознал, что твой лучший друг – негодяй, который получает удовольствие от своей жестокости? – сочувственно произнёс Тунтуни. – Ненавижу такие моменты.
– Ну, это меня не особо беспокоит. – Великий Вздор рассеянно почесал руку.
– Ты понял, что его интересуют только власть и слава? – предположил Снежок.
– Как раз это мне в нём очень нравится, – просиял Великий Вздор. Остальные закатили глаза. – Это так трогательно.
– Ты видел, как его поступки повлияли на жизнь нашего измерения? – вопросительно заржал Раат.
– А они повлияли? – Вздор равнодушно сунул палец в нос.
– Что же тогда случилось? – не выдержала Кийя. – Что тебя так обидело?
– Шеша… Шеша не… – Чудовище снова заплакало, и крупные слёзы потекли по его грязной физиономии. – …Не пришёл ко мне на день рожде-е-ения! – затянуло оно.
– А знаешь, ты ужасный эгоист! – сердито сказала Кийя Вздору. – Если бы ты был Шеше настоящим другом, ты откровенно рассказал бы ему, как сильно он вредит Запредельному царству.
