Наконец, Танака поднимает взгляд. Он смотрит на нас обоих, но я чувствую, как его взгляд задерживается на мне. В нём читается что-то ледяное и непроницаемое, словно оценивает меня с ног до головы, стараясь выловить каждую мелочь, каждую деталь. Этот взгляд вызывает мурашки на спине, но я стою на месте. Вспоминаю незнакомку, её слова о том, что мне нужно использовать свои возможности. Ничего не понятно, но почему-то помогает. Уверенность постепенно наполняет от макушки до кончиков пальцев, будто кто-то за моей спиной напоминает, что я способна на многое.
Сато нервно переминается с ноги на ногу рядом со мной, и я ощущаю его напряжение – натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент. Но надо сохранять спокойствие. Танака наконец говорит, его голос ровный, почти безразличный:
– Вы подготовили проект по Асакусе?
Вот как. Делает вид, что ничего не произошло?
Он спрашивает, будто ему всё равно, но я знаю, что это далеко не так. В вопросе есть что-то скрытое. Сато спешит подать папку с документами, но Танака не торопится её открывать. Вместо этого он снова переводит взгляд на меня.
– Ямада-сан, не так ли? – наконец произносит он, и его голос звучит чуть насмешливо. – Мне сказали, что у вас появились собственные предложения.
Ощущаю, как всё внимание сосредоточилось на мне. Настал нужный момент. Мой единственный шанс. И я не намерена его упустить.
Киваю, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри кипит волнение. Шанс, которым надо воспользоваться. Делаю глубокий вдох и, усаживаясь за стол напротив Танаки, кладу перед собой документы. Сато робко садится рядом, всё ещё нервничая, словно не он мой начальник. Я сосредоточена только на одном – донести до Танаки свою идею.
– Да, верно, Танака-сан, у меня есть свои предложения, – начинаю уверенно, чувствуя, как от моих слов в комнате возникает напряжение. – Мы хотим сохранить район Асакуса, но при этом сделать его рентабельным для компании.
Танака молчит, явно ждёт.
– Я предлагаю использовать стратегию, которая объединит современную архитектуру и традиционное наследие. Мы оставляем все ключевые торговые лавки и важные культурные объекты, которые привлекают туристов, – начинаю подробно излагать свой план, – но создаём новые инфраструктурные элементы: многоуровневые парковки, экодома с энергоэффективными системами. Асакуса будет представлять собой сочетание традиций и высоких технологий, что привлечёт и туристов и инвесторов.
Я вижу, как Танака наконец-то открывает папку с документами и мельком смотрит на схему плана. Ничего не говорит, но по тому, как он хмурится, видно, что его интерес задет.
Молчит, гад. Держит паузу.
– Это также позволит привлечь крупные компании, которые захотят разместить свои офисы и магазины в этом районе, – продолжаю, стараясь сохранять спокойствие, хотя чувствую, как пульс учащается. – Мы создаём не просто бизнес-зоны, а культурное пространство, где и местные жители, и приезжие смогут взаимодействовать. Это будет новая точка притяжения для Токио.
Танака по-прежнему молчит, листая страницы. Сато по краю стола цепляется за свой стул и ёрзает, явно не зная, как себя вести. Так и хочется на него шикнуть. Но я не останавливаюсь:
– Мы предусмотрели возможности для реконструкции старых зданий, которые можно приспособить под коммерческие нужды, при этом сохраняя их исторический облик. Это позволит избежать крупных затрат на снос и строительство, что выгодно для бюджета компании.
Вижу, как Сато чуть расслабляется, когда понимает, что мои доводы начинают звучать убедительнее. Танака наконец отрывает взгляд от документов:
– И какую выгоду вы планируете? – спрашивает с холодком, но мне удаётся разобрать забрезживший интерес.
– Гораздо большую, чем от простого сноса и перестройки. Туристы и местные жители не покинут этот район, потому что он сохранит свою атмосферу, а бизнесу будет выгодно вложиться в будущее Асакусы. Мы создадим новый центр притяжения, не разрушая старое, а дополняя его, – отвечаю твёрдо, чувствуя, что нельзя дать даже намёк на неуверенность.
Танака ненадолго замолкает, его лицо остаётся непроницаемым. Но в глубине его глаз я вижу, как он задумывается.
Молчит и изучает меня. Потом откидывается на спинку стула и с лёгким прищуром бросает:
– Хорошо. А что вы скажете насчёт того, что местные жители не захотят вписываться в ваши высокотехнологичные изменения? Они живут там десятилетиями, а вы предлагаете им принять что-то совершенно новое.
Чувствую, как он пытается нащупать слабое место, но готова к этому.
– Мы предложим программу субсидий для владельцев традиционных лавок, чтобы помочь им адаптироваться, – продолжаю я. – Для них это будет не просто модернизация, а возможность улучшить свой бизнес, не теряя уникальности. Мы обеспечим их поддержку на всех уровнях: от маркетинга до технической модернизации.
– Вы думаете, что они согласятся? – В голосе Танаки скепсис, но… он не сказал сразу нет. Это даёт надежду.
