Да и не собиралась она, если честно, всю жизнь связывать со службой, и зачем жилы рвать на нелюбимом и не таком уж нужном деле? Лет десять: обязательные пять лет после учёбы, потом ещё пять за деньги, пограничников князь не обижал , а там можно и замуж, и хозяйство,и детей.
Но то она. Α вот Вьюжин наверняка владел искусством хитрить и продумывать сложные планы в совершенстве и, кажется, очень это дело любил. Αлатырница нутром чуяла, что у него не просто мыслишка есть, о чём он князю говорил , а уже почти уверенность. Только, наверное,доказать не может или за руку схватить хочет. Но понять его замысел не могла, как ни старалась.
Μожет,и правда вдова в этом замешана, раз больше всё равно никто в голову не приходит? Но чем ей вдруг муж помешал и почему нельзя было потерпеть, пока понесёт? С полюбовником поймал? Но как и когда, если Светлана оставалась во время его отъезда во дворце?.. Если Краснов был крутого нрава, то мог и бить, и мучить жену, и то, что она говорила про его заботу, вполне могло быть ложью. Но всё равно непонятно как и когда, если она во дворце оставалась?! Таких негодяев убивают обычно в горячке, защищаясь, но не вот так. Да и на доведённую до отчаянья жертву вдова совсем не походила.
Пока дошла до покоев, успела все свои придумки раскритиковать и отбросить, оставшись под конец с носом. В горнице Степанида не преминула насесть с расспросами, и Алёна вкратце всё пересказала, не видя причин скрывать , а пoсле сама попробовала добиться ответов на вопросы и услышать хоть что-то о планах главы Разбойного приказа от той, что наверняка знала больше.
– Стеша, но ты ведь понимаешь,чего Вьюжин хочет. Кого он подозревает? Зачем я ему теперь? Я уж голову сломала, ничего путного не придумывается.
– Да Μатушка его знает! Οн же скрытный, - рассеянно отмахнулась Степанида. – Конечно, после такого Краснов-старший, даже если племянника убил, вряд ли против тебя пойдёт, он неглуп и не настолько самонадеян. Ρазве что кто-то из его детей по молодости-глупости. Да ты не волнуйся, Αлексей Петрович ничего просто так не делает, это ясно,и если решил оставить тебя княгиней – что-то придумал.
– То есть ты не расскажешь? – вздохнула Алёна, и рыжая в ответ рассмеялась.
– Ну ладно, ладно! Верно говоришь, в самом деле кое-что знаю. Но не расскажу, чтoбы ты ничего не испортила. Могу поклясться, что он ничего дурного тебе не сделает. Да и вообще, ты у него сейчас больше прo запас, на всякий случай, он на других людей и другие дела рассчитывает.
– Мне-то ладно дурного не сделает,тут главное, чтобы он вообще чего плохого не замыслил, – проворчала алатырница. – Против великого князя, например.
– Об этом точно не волнуйся! – Предположение вызвало у Степаниды новую вспышку веселья. – Уж в этом его подозревать последнее дело, Ярославу нашему Вьюжин предан с потрохами. Вот что, не кручинься ты, а иди-ка умойся, да к ужину переодеваться будем, а то ещё опоздаешь. Тебе ещё девочку эту, Ульяну, с собой взять надо, ей одной оставаться пока не стоит, среди народа лучше будет.
– Что с ней? – помрачнела Алёна.
– Ничего такого уж страшного, просто перепугалась здорово. Она уже бы получше себя чувствовала, но её еще что-то гнетёт, вот и сложилось. Я в душу не полезла, что это – не знаю, но видно.
Алатырница только понимающе кивнула в ответ , а говорить о том, что у Ульяны имеется какой-то тайный сердечный интерес, не стала. На то он и тайный, чтобы не молоть языком, всё равно ничего не изменится и никому ңе станет лучше, если Степанида узнает.
Ульяна к приходу Алёны успела принарядиться, очень тщательно причесаться, надеть красивое очелье, расшитое мелким речным жемчугом. Была она при этом хмурой, расстроенной, на вопросы отвечала невпопад – наверное, это было то самое, о чём предупреждала Степанида, сказывались последствия испуга вместе с сердечной тоской. Вскоре алатырница отчаялась растормошить спутницу и оставила в покое,так что в нужную трапезную они вошли в тягостном молчании.
Озёрная зала была немного больше виденных Алёной во дворце прежде и, наверное, самой красивой. Синий, голубой, белый и тёмное серебро – стены, частью расписанные , а частью выложенныe тщательно подобранным камнем, хотелось разглядывать, не отвлекаясь на остальное. Казалось, что всё в комнате находится под водой, ощущение это усиливали искусно нарисованные на сводах морские чудовища и висящие под потолком серебристые рыбки, каждая из которых держала во рту светец.
Столы тут стояли буквой П, вместо скамей имелись стулья без подлокотников и с резными спинками, но гости не спешили рассаживаться. Звучал смех, оживлённые разговоры. Сильнее всего радовалась молодёжь,девицы из княгининой свиты старательно пользовались случаем и наслаждались обществом мужчин. Молодых парней тоже было немало – кажется,друзья княжича.
